"Хьюго" и "Локус" за 2006 год, "Портал" за 2010 и еще несколько десятков всяких премий, о которых мы тут и понятия не имеем. Экранизация готовится. Посмотрим, что же это за история "Спин" Роберта Чарлза Уилсона?
Мое отношение к данной книги можно выразить фразой «Я поражена». Поражена, как мастерски можно сгубить свою же собственную идею и саму книгу. Открывая «Спин», готовьтесь к бесконечному количеству диалогов о погоде, местных новостях, бессмысленности жизни, а также к массе событий, которые больше похоже на бесцельное жизнеописание.
На мой взгляд, самая большая ошибка была совершена при выборе типа повествования. Текст написан от первого лица, и именно этот факт убивает книгу, ибо повествование от “Я” предполагает глубокое погружение в персонажа. Здесь же главный герой не совершает абсолютно ничего, не анализирует происходящие вокруг события, не делает никаких выводов и ничего не чувствует. Изредка нам напоминают о его личной драме — неразделенной любви — но выглядит это так неуклюже, словно в эти моменты вклинивается сам автор с восклицанием: «Эй, ты еще помнишь об этом? Смотри не забудь!».
Как мне кажется, гармоничнее было бы писать от «всевидящего ока», давая возможность главному герою быть просто беспристрастным наблюдателем, кем он, по сути, и является. На протяжении всей книги он не предпринял ни одного активного действия. Ехал, куда ему говорили, делал то, о чем его просили, и даже в самом конце истину и суть «Спина» ему разжевали устно и подробно, а затем предоставили копии — записанные на диктофон и на бумаге. Если не понял, прочтешь еще раз, а потом еще послушай для верности. С препятствиями главный герой не боролся, просто потому что их не было. А если вдруг что-то и случалось (что неизбежно в агонизирующем мире), всегда находился кто-то, кто помогал ему справится. Другие персонажи появлялись в повествовании, только чтобы объяснить главному герою что делать, вовремя помочь деньгами, документами, едой, моральным наставлением или постельными утехами. Все возможные конфликты, где мы могли бы узнать героя поближе и понять, из какого теста он слеплен, он просто обходил стороной. Буквально, отворачивался и уходил.
Главный герой не вызывает сопереживания, а, как следствие, и история, которую его глазами рассказывает автор, тоже. Для меня причина кроется в полном отсутствии в тексте чувств. Иногда кажется, что повествование ведется от алекситимика (алекситимия — отсутствие возможности выразить эмоции в устной форме), хотя он даже и не думает ничего ни о своей жизни, ни о мире, который буквально умирает за окном. Книга написана больше в публицистическом стиле и выбор повествования от “Я” входит в противоречие.
Да, идея хороша, хотя и не нова. Обидно, что она не раскрыта в полной мере. На протяжении всей книги идея все время находится где-то на периферии. Она где-то на небе, но лучше об этом не думать, вроде ею занимаются ученые, но нам не стоит туда лезть (хотя один из героев непосредственно руководит космической программой). В НАСА готовятся полеты в космос, ученые собираются изменить судьбу всей галактики, где-то на Земле массово гибнут люди в пароксизмах умирающего мира, но книга не об этом. Она об инфантильном главном герое, который предпочитает не думать, не чувствовать и выполнять ежедневные рутинные обязанности на протяжении 1000 страниц (это объем epab, он может быть иным в других читалках).
Если сократить книгу раза в три, придать герою характер и цельность, показать динамику умирающего мира, а не вялое копание главного героя в собственном пупке (причем даже из этого он не делает никаких выводов), возможно тогда книга и могла бы поразить человека, двадцать лет читающего фантастику и считающего, что за этим жанром будущее, что этот жанр и есть, по сути, будущее. Но пока я могу сказать, что это худшая книга в данном жанре, которую я прочитала за двадцать лет. Не знаю, за что ей дали Хьюго или что уж там такое впечатлило Кинга, но если «Спин» и способен чем-то впечатлить, то только силой растущего недоумения по мере перелистывания страниц.
Ну и лесбиянки в конце были совершенно не к месту. Автору сказали: "Слышь, ну вставь куда-нибудь. Надо". Ну он и вставил. Спасибо. Но лучше бы не вставлял.