Отношения Беларуси и России зашли в тупик.
На днях Александр Лукашенко и Владимир Путин встретились на открытии мемориала советскому солдату во Ржеве, но содержание их переговоров так и осталось нераскрытым. Как сообщила пресс-секретарь главы Беларуси, «учитывая ситуацию, президенты в рабочем порядке обсудили все вопросы, которые нужно было обсудить».
А вот послы двух государств высказались конкретнее.
Российский посол Дмитрий Мезенцов заявил, что разговоры о давлении на выборы в Беларуси из России не имеют оснований, и вскоре продолжится обсуждение дорожных карт по интеграции.
Белорусский посол Владимир Семашко признался, что ранее на переговорах Россия предлагала нашей стране передать на наднациональный уровень 95% полномочий.
UDF.BY поинтересовался у экспертов, что происходит в отношениях двух стран накануне президентских выборов в Беларуси.
«Отношения зашли в тупик»
Директор Центра стратегических и внешнеполитических исследований Арсений Сивицкий в комментарии UDF.BY отметил, что нынешний уровень отношений Беларуси и России нужно рассматривать в контексте переговоров по так называемой углубленной интеграции.
«В целом можно говорить, что отношения зашли в тупик. Особенно после того, как в начале года Лукашенко, по сути, отверг интеграционный ультиматум, означавший попытку инкорпорации и поглощения Беларуси. Но очевидно, что Минск сегодня не может выйти из этих переговоров, поскольку это спровоцирует Москву на достаточно жесткую реакцию. Тактика Минска заключается в том, чтобы тянуть время», – сказал Сивицкий.
Из слов посла Семашко он сделал вывод, что Москва не отказалась от тех планов, которые Путин озвучил еще в начале 2000-х, когда предложил Беларуси войти в состав России в качестве ее субъекта.
«Но с точки зрения Минска интеграция должна привести к скорейшему формированию единого рынка капитала, услуг, рабочей силы, товаров. Все, что выходит за эти рамки, для белорусских властей выглядит неприемлемым и подрывающим суверенитет и независимость», – отметил Сивицкий.
Некоторые ожидали, что Кремль бурно отреагирует на дело Белгазпромбанка и обвинения из Минска о вмешательстве в президентские выборы. Но этого не произошло.
«На самом деле Кремль реагирует – для этого существуют не только публичные каналы. Напряженность отношений между Минском и Москвой дошла до такой степени, что российский посол вынужден был отрицать вмешательство России в избирательный процесс»,– обратил внимание Сивицкий.
И, по его мнению, российское вмешательство действительно имеет место быть.
«Газпром и подчиненные ему структуры – это не просто экономический субъект, а госкорпорация, где переплетаются интересы российской верхушки (включая Путина и Медведева) и силовиков. Поэтому вмешательство в белорусские выборы очевидно. Но Москва не заинтересована в жесткой реакции на действия Минска, который пытается это вмешательство ограничить, т.к. этим лишь подтвердит свои интерес. Стратегия России неизменна: так изменить конфигурацию власти в Беларуси, чтобы здесь появилось марионеточное государство», – считает Сивицкий.
«Реальные решения до окончания президентских выборов в Беларуси приняты не будут»
Директор института «Палітычная сфера» и доктор политических наук Андрей Казакевич в комментарии UDF.BY отметил, что ничего принципиально нового в отношениях руководства двух стран в последнее время не произошло.
«Отношения остаются напряженными, сохраняется ситуация высокой степени неопределенности. Если вспомнить, то динамика последнего времени примерно такова: резкие высказывания сменяются заявлениями, что работа над дорожными картами продолжается. Пока не видно, как может быть найдет выход из ситуации», – сказал Казакевич.
Он считает, что «реальные решения до окончания президентских выборов в Беларуси приняты не будут».
Что касается обвинений из Минска во вмешательстве в выборы, то Москва делает вид, что ничего не произошло.
«Кремль хоть и отвергает обвинения, но не так активно, как мог бы. Не использует для этой цели всю свою информационно-пропагандистскую машину. В Минске конкретных фактов, подтверждающих российское вмешательство, так никто и не обнародовал. Вероятно, если оно и есть, то не очень масштабное», – считает Казакевич.
Виктор Пархомчик, UDF.BY