Наш полк располагался в казармах, построенных ещё до войны. Раньше там располагались немецкие летчики Люфтваффе.
Канализация была не центральная, всё дерьмо попадало в подвал, в специальный огромный кирпичный кессон, который нужно было периодически чистить. Приезжала ассенизаторская машина и откачивала дерьмо. Но дно и стенки кессона нужно было чистить вручную и засыпать хлоркой. И на эти работы, понятное дело, добровольцев не было.
Зампотылу, за день-два до этого мероприятия, шныряя по всему полку, выискивал залетчиков. Меньше 10 суток губы не давал. Оформлял записку об аресте и вкрадчивым голосом предлагал амнистию: "Пойдешь кессон чистить - будешь амнистирован". Надо сказать, что согласившихся экипировали в ОЗК (общевойсковой защитный костюм) и противогазы. Так что залетчики были полностью защищены от воздействия, мягко говоря, агрессивной среды.
Как-то раз и со мной случился залет. Самоволка. За черешней в "немецкофашисткий" сад сходили. Чем 10 суток на губе, лучше 2 часа в кессоне дерьмо чистить, подумал я. Как я ошибался! Это был самый черный день за всю мою службу.
Так вот. Я и ещё небольшая группа залетчиков, облачившись в ОЗК, с лопатами стоим перед люком кессона. Надо лезть.
Начинаю спускаться.
Отвесная кирпичная стена, в которую вбиты прямоугольные скобы типа лестницы. Всё в коричневой слизи. Особенно скобы. Еле сдерживая рвотные позывы, спускаюсь почти до середины. Через стекло противогаза вижу свою ладонь в резиновой перчатке, обхватившую скобу с пятисантиметровым слоем слизи. Я, как человек впечатлительный, уже не могу сдержать рвотные позывы и тошнюсь прямо в противогаз...
Кто хоть раз надевал противогаз, тот может себе представить. Срываю противогаз, в нос ударяет неописуемый запах. Смутно помню, как оказался наверху. По-моему, я выскочил от туда одним прыжком, а это метра 3 по вертикали. Выскочил как пробка из шампанского.
Все! Я на верху! Свежий воздух! Падаю и тошнюсь не переставая, еще минут двадцать. На полном серьезе говорю: если бы мне в тот момент приставили пистолет к голове, я снова в эту клоаку, ни за что бы не полез. Хоть стреляйте. Врагу не пожелаешь.
А десять суток мне скостили.
