Мои друзья, профессор Заставный, доцент Надуткин, старший преподаватель Темнов давно просили меня написать что-нибудь интересненькое про Орел, но я все откладывал, дожидаясь когда за меня это сделают другие.
Не дождался...
И вот сегодня, узнав о начале выпуска новой орловской газеты "Выгонка", я взял перо в руки и застыл над чистым листом бумаги.
Об чем шуметь?
Не повторять же вслед за многочисленными орловскими СМИ сенсации типа "В Орле открылась новая крупорушка на сто тонн в месяц", или "Всю ночь орловские пожарные боролись с красным петухом" или "Вчера упавшей сосной на окраине Орла задавило двух белых"?
А что, если заглянуть в историю?..
Ведь были ж схватки боевые!..
Кто сказал, что Орел городишко?
Наш Орел - родовой пуп Земли!
Орловщина - первая суша, показавшаяся пятьсот милионов лет назад из глубин мирового океана. А Среднерусская возвышенность - остатки бывших старых гор двадцатикилометровой высоты. Просто время, дожди и ветры разрушили эти горы, превратив их в холмы. Эти холмы пятнадцать тысяч лет назад остановили наступающий с севера ледник, поэтому именно здесь находятся самые северные в мире стоянки первобытного человека. Эти же холмы вытрясли радиоактивные цезий и стронций из идущего с запада Чернобыльского облака, поэтому по общей площади загрязнения мы превосходим Брянскую область. Орловщина - чемпион мира по овражистости, карстовости, снегозаносимости. Здесь находится самая большая толща протерозойских и девонских известняков, сложившаяся из древних губок и аммонитов - их и сегодня можно найти по берегам Оки. У нас, добавим для патриотов, самые крупные в мире залежи железных и урановых руд.
Над рекой Окой
Городок стоит,
А над ним орел
В небесах кружит.
Располагаясь в сердце русской равнины на равном расстоянии от Белого и Черных морей, Уральских и Карпатских гор, Орловщина издавна находилась на перекрестке древних торговых путей - из варяг в греки по меридиану и из Европы в Азию по широте. Ныне здесь проходят нефтепровод "Дружба" и газопровод Уренгой-Ужгород.... Какие только племена не бродили по нашему Дикому полю - даки и кельты, киммерийцы и римляне, скифы и готы, кипчаки и половцы, вятичи и татаро-монголы. Сюда добирались с юга воины Александра Македонского, здесь остановили орды Тамерлана и Гудериана. Пути всех самозванцев сходились на Оке - и здесь же заканчивались, оставив орловцам почетные прозвища "воров" и "пробитых голов" и пословицы вроде «Орел до Кромы первые воры» и «Наш Орел на Москву хрен навел»
Ах орел, орел,
высоко ты взмыл.
Величав могуч
Вхмах орлиных крыл.
"У нас в Орле первое правило - чуйкой по голове и под лед", предупреждал Лесков. "Орловский мужик низок ростом, глядит исподлобья", вторит ему Тургенев. "Деревянные люди, деревянные мысли и чувства" - сокрушался Андреев. "Мы - кочевники, мы любим дали" - писал наш земляк, композитор Осокин.
Недаром черт, искушая Христа спрыгнуть с синайский горы и обещая ему за это любые земные ценности, предупреждал "Только не проси у меня Орловщины", а когда Христос полюбопытствовал «Это еще почему?», пояснил "То любимые мужички моей матушки. вотчина моего батюшки". Не зря же орловцы последними на Руси приняли христианство на .пятьсот лет позже остальной России.
Может все дело в Курской природной аномалии?
Но зато какие люди вышли отсюда?
Как летел орел,
Ронял перышко
И родился на земле
Свет Егорушка.
Если поставить ножку циркуля где-нибудь в Корсаково и провести круг радиусом триста-четыреста километров, то окажется, что на образовавшейся площади, составляющей десять процентов от европейской части России, и один процент от всей территории страны, родились чуть ли не все великие русские писатели, включая Толстого и Достоевского. Как писал Бунин "Даже Пушкин с Лермонтовым - отчасти наши, ибо их родичи, Воейковы и Арсеньевы, тоже из наших мест, наших квасов, как говорят у нас, нашей выгонки!
Так что были у нас великие Иван Сергеичи и Николай Семеновичи, а не только Егор Семенычи да Геннадий Андреичи! Есть о ком шуметь!
Вот только получится ли у меня после них, писавших об Орловщине?
А мы все-таки попробуем!
Выгонка, как известно. - дело трудное, длительное и опасное, но зато нужное и благородное.
Так что вперед на костры!
Гнали, гоним, будем гнать!
Павел Лихов, 68 лет, бывший доцент ВЗМИ, ВЗИСИ, МИКХиС, ОГТУ и пр.
Эх, угонят молодца
Да за трубку три кольца!
Орловский календарь.
1 июля 2014 года народный артист РФ, актёр Орловского театра им. И.С. Тургенева Пётр Воробьёв дал интервью орловской прессе. Он к тому моменту уже снялся в трёх фильмах, и не каких-нибудь, а в «Красных колоколах» С. Бондарчука, «На исходе ночи» Р. Нахапетова и в «Тихом Доне» С. Урсуляка.
Но самой значительной своей работой любимец орловской публики считает роль Антона Антоновича Сквозник-Дмухановского в театральной постановке гоголевского «Ревизора».
Казало бы что особенного? Рядовой спектакль, тысячу раз сыгранный на столичных театральных подмостках. Но наши подошли к спектаклю по-орловски новаторски.
Во-первых, случай, подобный описанному в гениальной пьесе, имел место во время путешествия А.С. Пушкина в Арзрум в 1829 году – путь пролегал через наш Малоархангельск. А какой это город? Так, большая деревня… Поэтому и городничий, и прокурор, и судья, и смотритель богоугодных заведений – бывшие мужики, хитро и ловко сколотившие капитал и выкупившиеся из крепостной зависимости.
Гоголь и сам неоднократно подчёркивал происхождение местных чиновников из «простых». Поэтому на первом представлении «Ревизора» в 1836 году он выбросил весь роскошный реквизит, поставленный было в комнате городничего, и заменил его простой мебелью, добавив клетку с канарейкой и бутыль на окно. С наряженного Осипа он в гневе содрал ливрею с галунами, затем снял с ламповщика замасленный кафтан и натянул на Осипа.
Во-вторых, орловский театр, найдя ремарку Гоголя о том, что Хлестаков прибыл в город на Василия Египтянина, стал обозначать временем действия зиму против прочно укоренившегося в театральной среде лета. А какие развлечения в Малохрюпинске могут быть зимой в середине XIX века, кроме водки и карт?
Поэтому сцена открывается карточной игрой при единственной зажжённой свече под песню «Здесь в степи глухой за-а-мерзал ямщик», вытягиваемую чьим-то пьяным унылым голосом. И вот в конце партии, когда все пасуют, городничий, загребая волосатой рукой выигрыш, как бы между делом цедит «Я пригласил вас, господа, чтобы сообщить пренеприятное известие - к нам едет ревизор».
Но за столом – никакой паники. Оттого, что все знают: их просто пересадят из одного кресла в другое, но не уволят, да и потом, у городничего всё надёжно схвачено.
И начинается гадание – уж не война ли с турками, а государь желает узнать, нет ли где измены. Комизм в том, что вопрос этот встаёт в городе, глухом и снежном, откуда, словами самого же Гоголя, «три дня скачи и ни до какого государства не доскачешь.
А орловские Бобчинский и Добчинский не просто смешны и жалки, они еще и страшны. Это прародители тех, кто в 37 году спустя сто лет стучали в органы на своих соседей, чтобы потом завладеть их квартирами. А разве перевелись на Руси почтмейстеры, вскрывающие чужие письма? И поныне выражением нашей эпохи являются чиновники, вышедшие из хамов в малиновых пиджаках и с золотыми цепочкам на шеях. Это их машины с двойными нулями на номерах, чтоб гаишники не спутали их с народом, стоят возле городских и районных администраций.
...Спектакль заканчивается в момент, когда городничий, достигнув высшего торжества, готовясь отдать дочь за «высокого» чиновника и устремляясь мечтами уже в Петербург, созывает народ, чтобы били в колокола (!) от такого известия. Вот тогда-то сквозь фигуру чиновника и проглядывает предельно уставший человек, управляющий никчёмным и трухлявым городишком…