Помню, как у меня впервые начали отниматься руки от бесконечного детского плача. Это было в роддоме с Марго, день на 5-й, наверное. Она тогда плакала и плакала, я ничем не могла её утешить. Начали руки неметь... Измерила температуру (тогда надо было часто её измерять в локтевом сгибе, с Элей 4 года спустя такого уже не просили), она оказалась 38,6. Наконец-то успокоила Марго, она заснула, я смогла выйти из палаты. В тот день на этаже вообще никого из врачей не было, 7 лет назад в Хабаровске в начале июля была удушающая жара, скорые не успевали привозить рожениц, все врачи были заняты. Мне навстречу пробегала медсестра, и в последний момент она успела спросить, как у меня дела. А я возьми и скажи, что ребёнок орал так, что руки начали отниматься и температура подскочила. Она спросила, из какой я палаты и убежала. Спустя 15 минут она пришла ко мне в палату со словами, что от криков температура не поднимается, давай смотреть твои анализы. Оказалось, что у меня начались проблемы с почками,