Байкал - это место силы. В таких местах кажется, что Вселенная слышит даже твоё дыхание. В таких местах ты несёшь ответственность за свои мысли - больше, чем где бы то ни было. В таких местах прежде, чем чего-то желать, ты должен ответить себе на вопрос: "Когда это сбудется, что Вселенная возьмёт у тебя взамен, чтобы восстановить равновесие?"
После жизни в Индии мне казалось, я знаю всё про такие места. Индия балует тебя как молодая мать своего первенца. Ты играешь со своими желаниями как с разноцветными камушками. Индия играет вместе с тобой, смеётся твоим забавам, целует твою макушку, щёчки и пяточки. Ты купаешься в её любви. Ты знаешь, она даст тебе всё, что ты пожелаешь. И вот тут-то ты и должен остановиться. Индия возьмёт сполна за каждый свой подарок. Ты расплатишься за каждую шалость. Конечно, потом она тебя будет жалеть и снова утешать, и снова баловать, и снова исполнять все твои желания. Но, если уж ты не был осторожным сразу, то теперь-то ты опытный, ты бывалый, ты сто раз подумаешь о последствиях прежде, чем чего-то желать.
Я думала, что почувствую на Байкале то же самое - напряжение в воздухе, нетерпеливые вибрации, готовность Вселенной считать твои мысли ещё до того, как ты оформишь их в слова, и тут же исполнить. Но было совсем другое. Байкал был как суровый, молчаливый старик-бурят. Синий дэгэл - зимний, наглухо запахнутый халат из овчины и шёлка. Обветренное лицо, сухие, плотно сжатые губы, узкие раскосые глаза смотрят на тебя и не моргают. Я не почувствовала никакого движения навстречу. Но в то же время ощущала, что этот пристальный, цепкий взгляд меня не отпускает. Он изучал меня. Он ни о чём не спрашивал. Он как будто всем своим видом говорил: "Давай, спроси себя сама".
Я не знала, зачем я приехала сюда. Я не могла ему ответить. У меня язык не поворачивался сказать: "Я просто хотела посмотреть на Байкал". Это была чистая правда, но именно эта правда ощущалась как святотатство, как нарушение всех вселенских законов. Будто я несмышлёный ребёнок, который с криками и смехом вбежал с улицы в храм во время какого-то очень важного ритуального действа. Я чувствовала невероятную мощь этого места. Байкал хмурился. Небо затянуло тучами. Начинался дождь.
В Индии ты любим. Ты прогрет до косточек индийским солнцем. Ты до бессилия и беспамятства обласкан океаном. В Индии ты видишь любовь во всём, как только сходишь с трапа самолёта. Эта любовь от первого до последнего мгновения придумана тобой, она существует только в твоём настоящем. Дунул, - и её не стало как песка на ладони.
Если однажды тебя полюбит Байкал, то это будет любовь навсегда. Это будет любовь отца - без лишних эмоций на показ, без слов, без нежностей при людях. Без исполнения желаний, без потакания капризам. Но если ты выберешь свой путь, он вдохнёт в тебя силы. Если позаришься на чужое, то высечет так, что живого места не оставит. Если тебя полюбит Байкал, ты навсегда останешься у него в плену. Если тебя полюбит Байкал, ты навсегда окажешься под его защитой.
Я почувствовала всё это прежде, чем хлынул дождь. В одно мгновение он размыл все тропинки и затопил дорогу, по которой мы к нему пришли. Вот с такого расстояния я теперь буду смотреть на Байкал. Я знаю, что пока не смогу подойти к нему ближе. Не в этот раз. Мне кажется, Женя и Рита , вы лучше всех поймёте, о чём я.
