Я была заинтригована. Договорились, что Никита заберет меня от работы на полтора часа раньше обычного. Днем на свой страх и риск выбралась в ближайший сетевой магазинчик, прикупила разных нарезок, хлеба и соусов. Заметила, что к сладкому, в отличие от той же Белки, Никита довольно равнодушен, а вот мясо уважает. Поэтому набрала всякого-разного с тем расчетом, чтобы не только на вечер хватило, но еще и мне на утренние бутерброды. Все равно готовить пока вдохновения нет.
Весь день думала: попроситься за руль, или пусть уж парень везет меня, как барыню? В итоге с незначительным перевесом голосов тараканов в голове выбрала барский вариант. И не прогадала! В тот момент, когда мы уже припарковались в моем дворе, я полезла в сумку за ключами от квартиры и замешкалась, так что Никита успел выйти и открыть мою дверцу. Я спрыгнула на землю и тут краем глаза засекла соседку Зину. Завидев нас, она тут же развернулась и посеменила прочь. Мы с Никитой переглянулись и расхохотались. Ну хотя бы с этой стороны можно больше не ожидать неприятностей. Горячее спасибо Андрею за то, что провел с ней воспитательную беседу!
Дома первым делом я помыла руки, затем кликнула на кнопку чайника и принялась выкладывать на большое блюдо разные колбасы, стараясь, чтобы всё выглядело красиво. Никита тем временем распаковывал продолговатый сверток, то и дело поворачиваясь так, чтобы я раньше времени не заметила, что в нем лежит. Ох уж мне эти секретики! Я, конечно, догадываюсь, что там такое, но всё равно: безумно приятно, что человек обо мне заботится. Я уж и забыла, когда последний раз так было.
От Петра можно было дождаться разве что убогий букетик на восьмое марта и купленный в ближайшем супермаркете дешевый набор из шампуня и гель на день рождения. При этом он прекрасно знал, что гелем я не пользуюсь, предпочитаю глицериновое мыло. Зато его мама тут же принималась расходовать и то, и другое под девизом «у нас так принято». Слов нет! Вернее, есть, но исключительно нецензурные. Моя матушка ограничивалась поздравлениями по телефону, но очень обиделась, когда я решила поступить точно так же в её собственный день рождения. Пришлось соврать, что подарок есть, просто не успела заехать и его завести. Ну и, разумеется, рвать когти за бутылкой люксового алкоголя с прилагающимся к нему комплектом из двух стаканов. Не знаю почему, но мама очень любила их коллекционировать и, по моим подсчетам, у нее пошел уже третий десяток накопленных таким образом рюмок, стопок и прочей стеклотары. Что же до алкоголя, я даже не сомневалась, что его выпьет Игнат. Впрочем, это их игры. А мне лучше выбросить эти воспоминания из головы, а то я начинаю злиться, а это нехорошо, особенно в такой замечательный вечер!
Никита меж тем достал свой сюрприз и с торжественным видом вручил мне обещанный самодельный нож. И когда я его увидела, мигом забыла про всю эту муть, поднявшуюся откуда-то из глубины души. Мы же рассуждали про кухонный нож, а он предъявил мне самый настоящий кинжал! Мощная деревянная рукоятка с затейливым узором волокон – видимо, та самая карельская береза, о которой он тогда говорил. И кожаные ножны с выдавленной на них буквой V – явная отсылка к моему имени Вероника. Сверху ножны заканчивались широкой петлей, так что при желании их можно было носить на ремне. У меня никогда не было такой вещи, но только взяв её в руки, я поняла, что она – моя! И я её никому никогда не отдам!
В порыве чувств я поцеловала Никиту в щеку, боясь того, что ещё немного, и я самым преступным образом расплачусь от переполняющих меня эмоций. Парень явно засмущался, даже уши порозовели, и чтобы не продлевать этот неловкий момент, мы уселись за стол чаевничать. Как-то само собой речь зашла о подготовке к отпуску, и я призналась, что уже успела собрать сумку.
- А то самое платье ты взяла? – Никита внимательно посмотрел на меня.
Ёлки зеленые! Конечно же, нет! И на кого я буду в нем похожа на курорте? Белка наверняка тут же потащит меня покупать в комплект к нему широкополую шляпу, и я буду словно ожившая обложка мужского журнала середины прошлого столетия. Соврать, что да? Но как я тогда объясню, когда мы приедем на море, что оно осталось дома? Вот же угораздило его вспомнить эту несчастную покупку!
Если я не улыбаюсь. Часть 56