Сижу в ординаторской, пишу истории болезни, вдруг слышу по коридору соматического отделения топот бегущих ног, что по моему многолетнему опыту означает — ЧП. Залетает в ординаторскую медсестра и докладывает что после в/м введения литической смеси (анальгин+димедрол) у больной развился анафилактический шок. Я эту больную госпитализировал сегодня, Ds: Пневмония. Девушке 18 лет, вес — 64 кг, с округлыми формами тела (поверьте мне, меня как врача, эти прелести вообще не интересуют, но вы в дальнейшем представите эти подробности, в чем была комичность ситуации). Забегаем в процедурную, лежит девушка на кушетке, лицо красное, покрыта сыпью, t=39.4, АД-60/30, чсс — 140. Сразу стали проводить противошоковую терапию, подняли давление, но температура повысилась до 39,9. Чем сбивать? Медсестра обнажила грудь девушки и стала обтирать кожу спиртом. Вдруг девушка забеспокоилась, участилось дыхание, стала задыхаться, я кричу сестре — быстро в/в бронхолитики, она от испуга орёт на меня, что вен не видать, подвинуть бы кушетку к свету… ну и я, с дуру, как Геракл, поднял кушетку с девушкой и понёс к свету. Вдруг… бац… спинаа-а-а! Радикулит триклятый (ишиас)!!!
Свалился я на обнажённую девушку с кушеткой, затаив дыхание, не шевелюсь. Сестра аккуратно подняв меня прислонила к стене, быстро набрала баралгин в шприц и стоит, чего-то ждет. Я говорю, спускай сама с меня штаны и ставь укол, видишь, я не могу шевелиться. Сделав мне укол, сестра допустила роковую ошибку — не подтянула обратно штаны! Я ж не могу сам!
Вдруг открывается дверь процедурной комнаты, заглядывает мать девушки, сменное бельё дочке из дома принесла (в отделении медперсонала не было, ну и она прошла по коридору). Картина маслом! На кушетке лежит полураздетая дочка, возле стены — врач со спущенными штанами, посередине них — медсестра испуганная со шприцом. Я рявкнул – “Закройте двери! “ Она от испуга закрыла дверь. Я силой воли сам подтянул штаны, сестра докладывает: t — 38,5 АД — 90/60, чд – 20 в мин., чсс — 34. Сколько? — 34. СКОЛЬКО??? — 34! Я медленно, чтобы убедиться услышанному, на четвереньках подполз к кушетке, сестра поднесла ушко фонендоскопа к моим ушам, сама держит мембрану фонендоскопа на груди девушки — считаем. Вдруг, как в сказке скрипнула дверь… открываются двери процедурной, на пороге стоит ОТЕЦ девушки!!! Немая сцена. Дочь лежит на кушетке, врач стоит на карачках с фонендоскопом в ушах, а сестра, а что сестра — в интересном положении — щупает груди дочки! Я спинным мозгом почувствовал, что если сейчас отец, сапогом по моему глютеусу — я ж как лягушка улечу под кушетку. Будет обидно. И не шевельнуться, не увернуться, и ситуация необъяснимая. Но при это не забываю считать сердцебиение… — ЧСС — 90 уд. в мин!!!.. Так мы с медсестрой вывели больную из анафилаксии, а может быть и жизнь девушке спасли. (Слава богу, бронхиальный синдром купировался сам).
