- Ох уж эти ваши французские романы, Марья Семёновна!
Ей богу, голову вскружат и до греха доведут нашу Сонечку!
- Полно вам, Гаврила Афонасьевич! - мелодично поддела собеседника Марья Семёновна - что ж ещё читать молодой девице - "Домострой" Петра Великого?!
- А и пущай "Домострой" читает! - поддакнул Гаврила Афонасьевич.
- Полно те, вам, уважаемый мой супруг попусту воздух сотрясать. Для души девичьей самый наипервейший бальзам - истории романтические. Чтоб захлестнуло от чтения сего, будто волной и так дышалось чтоб часто-часто, быстро-быстро! - мечтательно прикрыла глаза Марья Семёновна.
- Сраматень эти ваши романы! А ей замуж скоро за человека степенного да влиятельного. Неча девке голову забивать!
- Так что ей ещё остаётся? - поджала губки Марья Семёновна - старый же он, Гаврила Афонасьевич! Не отдавай за него нашу кровиночку!
- Тьфу ты! Опять в слёзы! Бабы - дуры, прости Господи! Так ведь он богат, да знатен. Наша Сонечка, как у Христа за пазухой при таком муже будет.
- Старый он. Не полюбит она его. Пощади кровиночку! - залилась слезами жена Гаврилы Афонасьевича и гулко рухнула к его ногам.
***
Лишь рассветные лучи коснулись дальних вершин, как к парку прибыла девушка на белой кобыле.
Она огляделась вокруг и спешилась, привязав лошадь у ограды.
"Встретимся на лестнице у льва" - билась в виски незамысловатая фраза из записки, которую тайно прислал ей её возлюбленный Андрейка.
София знала, что в скором времени её выдадут за богатого, но дряхлого старика, и мириться с этим никак не собиралась.
Она сговорилась с сыном кузнеца Андреем, что убегут они на край света, лишь бы быть вместе.
Девушка пробежала через парк, на север от ротонды, и увидела долгожданную статую льва.
Зверь восседал сбоку от старой каменной лестницы и флегматично взирал в сторону беглянки.
Он было хотел помочь, но вовремя вспомнил о том, что каменным изваяниям нерекомендуется покадать свой пост, и затих.
Только София подобралась ближе ко льву, как ей навстречу, по старинной парковой лестнице, покрытой мхом, сбежал Андрей и обнял темноглазую зазнобушку.
- Я так ждал тебя, душа моя!