Найти в Дзене
ROCK-N-ART

1992 - Nautilus Pompilius. "Чужая земля" или Начала графической психиатрии

Художник и дизайнер Александр Коротич раскрывает свои творческие секреты и погружает нас в историю отечественной рок-культуры. Начало педагогической деятельности, столичная аспирантура, рождение дочки, активное сотрудничество с книжными издательствами — всё это отдалило меня от рок-тусовки. Я пропустил всё самое интересное: создание Свердловского рок-клуба, восхождение суперновых — Нау, Агаты Кристи и Чайфа. Я говорил себе: «Киса, мы уже чужие на этом празднике жизни!» Пожалуй, единственным человеком из того времени, с которым у меня осталась полноценная творческая связь, был Кормильцев. Илья был вездесущ и всеохватен, он занимался переводами книг в Москве, Наутилусом в Питере и временами наезжал барином в Свердловск, который к тому времени уже успел сделаться обратно Екатеринбургом. Я уверен, что именно ему я был обязан тем, что декабрьским вечером 1992 года мне позвонил Слава Бутусов с предложением оформить очередную пластинку Наутилуса. Мы с Бутусовым практически не виделись с
Оглавление

Художник и дизайнер Александр Коротич раскрывает свои творческие секреты и погружает нас в историю отечественной рок-культуры.

Начало педагогической деятельности, столичная аспирантура, рождение дочки, активное сотрудничество с книжными издательствами — всё это отдалило меня от рок-тусовки. Я пропустил всё самое интересное: создание Свердловского рок-клуба, восхождение суперновых — Нау, Агаты Кристи и Чайфа. Я говорил себе: «Киса, мы уже чужие на этом празднике жизни!» Пожалуй, единственным человеком из того времени, с которым у меня осталась полноценная творческая связь, был Кормильцев. Илья был вездесущ и всеохватен, он занимался переводами книг в Москве, Наутилусом в Питере и временами наезжал барином в Свердловск, который к тому времени уже успел сделаться обратно Екатеринбургом.

Я уверен, что именно ему я был обязан тем, что декабрьским вечером 1992 года мне позвонил Слава Бутусов с предложением оформить очередную пластинку Наутилуса. Мы с Бутусовым практически не виделись со студенческих времён, когда всё было просто и по-приятельски, а теперь надо было строить наши отношения заново. Но я не смог устоять, потому что все эти годы мечтал вернуться к музыке.

Слушать: Nautilus Pompilius "Чужая земля"

Материал альбома меня просто потряс. Это был «взрослый» Наутилус: романтичный и строгий одновременно, пронизанный вечной темой смерти, объединяющей всё сущее на земле. Но пока я искал ключ к визуальному образу альбома, невидимый враг уже подобрался ко мне вплотную, решив разрушить мои планы. Я обнаружил это, проснувшись на следующее утро с температурой 38 градусов по Цельсию. «Ничего, — думал я, — отлежусь немного и тогда за работу!» Я ошибался, жесточайший вирус приковал меня к постели на долгие две недели. Его не брали никакие лекарства! На десятый день нестерпимого жара куда-то подевалась надежда на скорое выздоровление и в голову начали приходить нехорошие мысли.

Иллюстрации к роману Э. Сабато "О героях и могилах"
Иллюстрации к роману Э. Сабато "О героях и могилах"

Когда же наконец температура отступила, я еле стоял на ногах и с грустью понимал, что уже не укладываюсь в обещанные сроки. Нужно было искать какой-то технологичный выход. Я полез на антресоль, где хранились эскизы и наброски. От неловкого движения верхняя папка вывалилась, осыпав меня ворохом бумажных обрезков. Это были заготовки, сделанные несколько лет назад для иллюстраций к роману Эрнесто Сабато.

Иллюстрации к роману Э. Сабато "О героях и могилах"
Иллюстрации к роману Э. Сабато "О героях и могилах"

Собирая их, я вдруг понял, что ничего просто так на голову не падает, и подтверждение тому — история ньютонова яблока.

Если коротко, то суть использованного приёма состоит в следующем: берём плотную мелованную бумагу, капаем на неё немного туши, затем складываем пополам, так чтобы капля была зажата между половинками, и не дожидаясь, пока они слипнутся, быстро расправляем их обратно. Получилась клякса, имеющая ось симметрии, проходящую по сгибу. Внимательно вглядываемся в очертания кляксы, стараясь увидеть в ней некий образ, фигурку или физиономию. (Психиатры называют это «тестом Роршаха»). Если у вас не вышло — собирайте вещи и идите в сумасшедший дом, потому что вы идиот, и вам не нужно творчество Наутилуса. Если получилось — вы можете ещё успеть оформить альбом «Чужая земля».

Лицевая сторона конверта виниловой грампластинки "Чужая земля"
Лицевая сторона конверта виниловой грампластинки "Чужая земля"

Долгими зимними ночами я высматривал и выкладывал из кусочков клякс сюжеты, которые могли бы в той или иной мере передать магию каждой из песен. Надо заметить, что симметрия сама по себе — волшебство. Она может сделать удивительным совершенно любой объект, отразив его в своём зеркале. Неспроста живые организмы симметричны. Неспроста Алисино Зазеркалье так манит нас. Так сложилась вся коллекция иллюстраций к песням, так сложилась и бабочка-смерть, исполняющая свой завораживающий танец на лицевой стороне конверта.

Оборотная сторона конверта виниловой грампластинки "Чужая земля"
Оборотная сторона конверта виниловой грампластинки "Чужая земля"

Но сделать макет, это ещё не всё. Для того, чтобы воплотить в жизнь серебристые и золотистые детали иллюстраций, мне пришлось найти в Екатеринбурге человека, который не побоялся выкрасть из типографии «Уральский рабочий» банки с бронзовой и алюминиевой типографской пастой. А директору группы Nautilus Pompilius Игорю Воеводину пришлось использовать все законные и незаконные рычаги, чтобы завод-производитель всё-таки реализовал мой художественный замысел в полной мере.

"Пятаки" виниловой грампластинки "Чужая земля"
"Пятаки" виниловой грампластинки "Чужая земля"

Начало читайте здесь: "С роком 40 лет". Как появилась эта книга
Спасибо, что дочитали до конца. Не оставляйте без внимания: оцените пальцем, похвалите в комментариях, делитесь с друзьями в соцсетях - мне не жалко!

Подписывайтесь на мой канал ROCK-N-ART

-6