Безымянное

Не так давно вышел в свет последний роман Джошуа Ферриса «Безымянное», и в связи с этим очень хочется сказать несколько слов об этой книге с впечатляющим сюжетом и захватывающим повествованием.

Прежде всего, интересен, конечно же, сам сюжет, этакой, если можно так выразиться в данном случае, готической направленности. Особенный колорит и своеобразие книге придает то обстоятельство, что эта своего рода «готика» заключена в рамки нашей современности, действие происходит в наши дни. После столь интригующего обобщенного вступления необходимо рассказать более подробно, что под всем этим подразумевается.

Главный герой повествования, преуспевающий юрист Тимоти Фарнсуорт долгие годы жил обычной жизнью: вместе с женой воспитывал дочь, потихоньку продвигался вверх по служебной лестнице… Но в один не очень-то прекрасный момент все вдруг неожиданно изменилось.

Тима поразила страшная, загадочная болезнь, не имеющая даже определенного названия. Да и болезнь ли это вообще?.. Впрочем, один из врачей в книге все же попытается присвоить ей название – «доброкачественный идиопатический синдром бродяжничества». Звучит, конечно же, мягко говоря, весьма натянуто. Может ли ЭТО быть болезнью?.. На этот вопрос очень трудно ответить даже после прочтения романа.

Интересный момент: все четыре части произведения озаглавлены различными строчками из стихотворения выдающейся американской поэтессы девятнадцатого столетия Эмили Дикинсон, которая прославилась в американской, да и в мировой поэзии тоже, своим неизбывным пессимизмом, тоскливой неопределенностью, ожиданием чего-то, что сделает земное существование только хуже… Причем даже тональность этих цитат из одной строчки, выбранных для заглавий частей романа становится все более и более неумолимо роковой, дышит железной предрешенностью печального исхода событий… Судите сами: «Ноги механически бродят» (бессмысленность и неопределенность) – «Час свинца» (тяжесть и фатальная предопределенность) – «Холод – оцепенение» (холод и моральный ступор, прошу прощения за практически вынужденную тавтологию) – «Будь что будет» (апогей фатализма и безразличного отношения к конечному исходу всех событий, разрушение последней плотины морального сопротивления всем внешним обстоятельствам). Пожалуй, трудно что-либо еще добавить к этой цепочке… Знаменателен и тот факт, однако, что все эти цитаты взяты из одного стихотворения Дикинсон, под названием «После сильной боли…» И данное обстоятельство тоже неслучайно, даже далеко неслучайно. Под болью в данном случае подразумевается повседневная рутина, всевозможная мирская суета, а вот «после» подразумевает облегчение, философское отношение к жизни.

И действительно, отрешившись от житейской повседневщины, Тим поймет очень многое…