На следующее утро поспешила я на берег, чтобы послушать шепот волн, но беспокойным было море, и не разобрать было слов. Что же встревожило так? Ветер вроде не было, даже солнце пыталось согреть ласковыми ноябрьскими лучами, когда уже нет нужды прятаться в тени, и можно, распахнув руки, открыться навстречу ему.
Я попыталась все же разобрать хотя бы отдельные слова, и дрожь прошла по моему телу: оказалось, завелась среди прочих волн одна, которая отличалась ото всех других. Была она вроде и ласкова, хотя…скорее, подобострастно.
И шепот её тихий, но настойчивый слышался то в той, то в другой части моря. Вкрадчиво и незаметно бывала она повсюду, проникая во все сферы морской жизни.
Но…тихим шепотом будила она всех монстров, дремавших в обитателях. Молодых дельфинов подговаривала сочинять небылицы, которые вроде бы и безвинны, а порой и во спасение, приучая их к тому, что маленькая ложь – только в радость. И перестали постепенно доверять дельфины друг другу, и не могли полагаться, и разногласия пошли среди них. А та волна была уже далече, и нашептывала другой рыбке о том, что можно хитростью да обманом прожить без проблем. Подумаешь, истина!
Что она? Прах! А ложь – малюсенькая – только во спасение.
Спасение – чего? Или – от чего? Совести, чести морской. Которую стали заглушать оправдания…
И стали морские обитатели лгать, да изворачиваться, и перестали они верить даже собственным словам, сказанным себе же.
И терялись во лжи, создавая иной, искаженный мир. Он был как кривое зеркало, и вот уже лгали самим себе…
Тьма наступала на морское царство, и вот уже страх стал властвовать над морем.
И не уличить, и не поймать за руку – за что? Ведь не вор, ведь так же было.
Так? Ну, почти так…
Но однажды прознал про такое бесчинство морской царь, и повелел предстать пред его очами ту самую волну. И кинулись искать её верные его слуги, но как найти волну в море? Растворилась она капельками…
И наказал тогда царь морской: «Ежели услышит он когда-нибудь хоть каплю лжи из уст какого бы то ни было морского обитателя, тут же изгнать его из царства, не жалея!»
И шумели волны, и обсуждали, и выбрасывали на берег раковины с улитками, и выбрасывались морские медузы – те, которые однажды вместе с наполнявшей их водой затянули в себя капельку лжи…
…суровые законы, но, может, однажды все капельки морской ложи и иссушат на солнце верные слуги морские?
Вот бы и нам так, людям!