Найти в Дзене
Байдак

Может ли Эммануэль Макрон стать новым Шарль де Голлем?

Шарль де Голль - самый сильный французский политик XX века. Он реформатор, он победитель, он герой. Но возможно ли оказать схожее с ним влияние на французскую историю в XXI веке? Эммануэль Макрон — один из самых неоднозначных французских президентов. Он стремительно оказался на политическом Олимпе. Занимая министерские посты в разных правительствах, а его первой выборной должностью стал президентский пост. О своих президентских амбициях будущий президент заявил лишь в апреле 2016 года, когда создал партию “Вперед!”. Сразу стало ясно, что движение Макрона займет центристские и популистские позиции. Программа реформ зиждилась на нежелании давать конкретные обещания и смешивала как левые, так и правые идеи. Это и позволило ему перетянуть голоса на свою сторону. Образ Макрона также разительно отличается от типичного политика Франции. Он излучает энергию, неформализм, решительность, а главное он говорил: “Я сделаю то, что никто не смог сделать за последние 20 лет”. А это значит, что он с

Шарль де Голль - самый сильный французский политик XX века. Он реформатор, он победитель, он герой. Но возможно ли оказать схожее с ним влияние на французскую историю в XXI веке?

Эммануэль Макрон — один из самых неоднозначных французских президентов. Он стремительно оказался на политическом Олимпе. Занимая министерские посты в разных правительствах, а его первой выборной должностью стал президентский пост. О своих президентских амбициях будущий президент заявил лишь в апреле 2016 года, когда создал партию “Вперед!”.

Сразу стало ясно, что движение Макрона займет центристские и популистские позиции. Программа реформ зиждилась на нежелании давать конкретные обещания и смешивала как левые, так и правые идеи. Это и позволило ему перетянуть голоса на свою сторону. Образ Макрона также разительно отличается от типичного политика Франции. Он излучает энергию, неформализм, решительность, а главное он говорил: “Я сделаю то, что никто не смог сделать за последние 20 лет”.

А это значит, что он собирался преодолеть “ловушку французского реформатора”, появившуюся осенью 1995 года, когда Франция бастовала против реформ Жюппе и все закончилось отставкой премьер-министра и досрочными выборами.

Уникальность и удивительность фигуры Макрона заключается в том, что он не стал заниматься имитацией реформ, а сразу взялся за дело: реформа рынка труда, железной дороги, налогов на топливо, профобразования, трудовая реформа, решение проблем безработицы и так далее.

Но реформы привели к забастовкам (“желтые жилеты”), и вот здесь-то и проявился истинный характер Эммануэля Макрона. Люди вышли на улицы. По разным оценкам, на их пике на улицах было более полумиллиона человек, а поддержка президента снизилась до 30%. В такой ситуации многие объявили бы досрочные выборы или попытались договориться с протестующими. Но Макрон этого не сделал и пошел по пути конфронтации. Что, в конечном итоге, и обеспечило ему победу.

Размах и широта реформ, их неоднозначность. А, главное, он выполняет свои предвыборные обещания (удивительным образом, уже 60% исполнено).

На геополитической арене он хочет доказать, что у Франции есть будущее. Макрон активно вмешивается в европейскую повестку. Он воюет в Сирии, участвует в нормандском формате. Франция, которая отставала от Германии, становится поистине ведущей страной ЕС.

Эммануэль Макрон - другой. Он не Ширак, не Митеран. Он не ведет себя, как закостенелый политик, он не боится совмещать идеи разных политических партий. Но самое интересное, что он получил уникальный шанс, связанный с отсутствием сильной и объединенной оппозиции. Игрока, способного в одиночку конкурировать во французской политике с Макроном сегодня просто нет.

А как вы думаете, есть ли шанс стать вторым де Голлем?