————————————————————
Это письмо было отправлено незадолго до начала вторжения немецкого войска в СССР в ответ на обеспокоенное письмо Сталина, в котором он спрашивал о слухах, ходивших о войне.
Ответ Гитлера:
«При формировании войск вторжения вдали от глаз и авиации противника, а также в связи с недавними операциями на Балканах вдоль границы с Советским Союзом скопилось большое количество моих войск, около 80 дивизий, что, возможно, и породило циркулирующие ныне слухи о вероятном военном конфликте между нами. Уверяю Вас честью главы государства это не так.
Со своей стороны, я тоже с пониманием отношусь к тому, что Вы не можете полностью игнорировать эти слухи и также сосредоточили на границе достаточное количество своих войск…
Речь идет об одном месяце. Примерно 15–20 июня я планирую начать массовую переброску войск на Запад с Вашей границы.
При этом убедительнейшим образом прошу Вас не поддаваться ни на какие провокации, которые могут иметь место со стороны моих забывших долг генералов. И само собой разумеется, постараться не дать им никакого повода.
Если же провокации со стороны кого-нибудь из моих генералов не удастся избежать, прошу Вас, проявите выдержку, не предпринимайте ответных действий и немедленно сообщите о случившемся по известному Вам каналу связи»
Никому так и не известно удались ли тем самым обмануть Сталина, или нет, мнения об этом расхожие.
Молотов же считал что Сталин все понял:
«— Наивный такой Сталин, — говорит Молотов. — Нет. Сталин очень хорошо и правильно понимал это дело. Сталин поверял Гитлеру? Он своим-то далеко не всем доверял! И были на то основания».
Обмануть Сталина, используя аргументы, содержащиеся в письме Гитлера, навряд ли было вообще возможно, а уж заставить его свято поверить во все эти, придуманные дядюшкой Адольфом небылицы — просто немыслимо.
Так что для Сталина после получения письма фюрера стало очевидным, что нацисты уже в ближайшем будущем готовы начать агрессию против СССР. Это видно, например, из его выступления на расширенном заседании Политбюро 24 мая 1941 года»
Именно этого обстоятельства никак и не могли понять ни Жуков, ни Хрущев, ни Микоян. Как и теперь не могут этого уразуметь всякого рода анфиловы, городецкие, некричи, горьковы и всякие прочие безыменские. А, не понимая смертельной опасности объявления мобилизации до начала немецкой агрессии, все эти хулители Сталина не в состоянии и осмыслить его реальные действия, при этом приписывая ему то убежденность в собственной непогрешимости, то слепую веру в обещания Гитлера, то панический страх перед войной, то прочую несусветную чушь.
