Представляем вам интересный случай из походов Надир Шаха против Империи Великих Моголов. События происходит, во время переговора Надира и Мухаммед шаха.
«В четверг 15 февраля Мухаммед шах в сопровождении всех своих вельмож отправился в персидский [афшарский] лагерь – Низам проинструктировал его, что он должен говорить с Надиром на тюркском языке. Персидский [Афшарский] визирь встретил процессию на пути и поклялся на Коране, что в отношении их не будет совершено никакого предательства. За пределами персидского [афшарского] лагеря их приветствовал принц Насрулла от имени своего отца. По их прибытию Надир вышел из своей палатки, обходительно взял Мухаммед шаха за руку, и, введя его внутрь, усадил его на шахский ковер рядом с собой. Низаму, визирю и Мухаммед хану Исхаку позволили войти в палатку, остальные остались снаружи. Когда два повелителя разговаривали, к беседе присоединился Исхак хан (Мутамид ад-Довла). Надир Шах в ярости спросил, кто этот человек, отважившийся смешивать свою реч
Представляем вам интересный случай из походов Надир Шаха против Империи Великих Моголов. События происходит, во время переговора Надира и Мухаммед шаха.
«В четверг 15 февраля Мухаммед шах в сопровождении всех своих вельмож отправился в персидский [афшарский] лагерь – Низам проинструктировал его, что он должен говорить с Надиром на тюркском языке. Персидский [Афшарский] визирь встретил процессию на пути и поклялся на Коране, что в отношении их не будет совершено никакого предательства. За пределами персидского [афшарского] лагеря их приветствовал принц Насрулла от имени своего отца. По их прибытию Надир вышел из своей палатки, обходительно взял Мухаммед шаха за руку, и, введя его внутрь, усадил его на шахский ковер рядом с собой. Низаму, визирю и Мухаммед хану Исхаку позволили войти в палатку, остальные остались снаружи.
Когда два повелителя разговаривали, к беседе присоединился Исхак хан (Мутамид ад-Довла). Надир Шах в ярости спросил, кто этот человек, отважившийся смешивать свою речь с речью правителей. Тогда Мухаммед шах представил его как своего наставника (аталык) в юности. Персидский [Афшарский] правитель задал вопросы Исхак хану, и оставшись очень довольным его быстрыми и умными ответами, что объявил его быть достойным визиря Индии.
Затем все сели за обед. Персидский [Афшарский] завоеватель гордо заметил: «Моим обычаем является открытая война, а не предательское отравление», и затем, для того, чтобы убедить Мухаммед шаха в том, что еда не отравлена, поменял свои тарелки с тарелками императора в тот момент, когда они уже собирались перейти к еде. В качестве акта любезности Надир собственноручно подал императору чашечку кофе. Встреча закончилась благополучно, и примерно за 3 часа до заката Мухаммед шах покинул своего хозяина и вернулся в свой лагерь. Здесь его семья и слуги, да и вообще весь лагерь провели часы его отсутствия в величайшем страхе и тревоге, ожидая его казни или как минимум взятия в плен Надиром. Его благополучное возвращение, по словам летописца, «вернуло сердца в покинутые ими тела». Но персидская [афшарская] осада индийского [могольского] лагеря продолжалась».
Взято из книги Sir J. Sarkar, «Nadir Shah in India»
Смотрите также: