Найти в Дзене
Читай, Форест, читай

Отзыв на книгу Кнута Гамсуна "Круг замкнулся"

"Ни разу еще Нобелевская премия не присуждалась человеку, столь ее достойному. " Томас Манн. После этой цитаты к произведениям писателю появляется большое любопытство, да и сам Кнут далеко не зауряден. В Советское время его книги были запрещены к продаже в связи с тем, что он был на стороне нацистов. Не смотря на то, что он разочаровался в их идеологии, Гитлеру он все же "пел дифирамбы". После падения фашизма ему удалось уйти от тюрьмы, и он прожил 92 года. Сам Гамсун писал о своем творчестве: «Как современный психолог, я должен осветить и исследовать душу. Я должен исследовать её вдоль и поперек, со всех точек зрения, проникнуть в самые тайные глубины». В своей книге "Круг замкнулся" ему это удается по моему мнению. Показывая историю одного поколения людей, он обнажает их души перед друг другом и перед читателем, понятное дело.  То ли это норвежский менталитет, то ли умысел автора, вот уж не знаю, но возникло чувство, что люди изголодались по необходимости говорить друг другу правд

"Ни разу еще Нобелевская премия не присуждалась человеку, столь ее достойному. " Томас Манн.

После этой цитаты к произведениям писателю появляется большое любопытство, да и сам Кнут далеко не зауряден. В Советское время его книги были запрещены к продаже в связи с тем, что он был на стороне нацистов. Не смотря на то, что он разочаровался в их идеологии, Гитлеру он все же "пел дифирамбы". После падения фашизма ему удалось уйти от тюрьмы, и он прожил 92 года.

Сам Гамсун писал о своем творчестве: «Как современный психолог, я должен осветить и исследовать душу. Я должен исследовать её вдоль и поперек, со всех точек зрения, проникнуть в самые тайные глубины». В своей книге "Круг замкнулся" ему это удается по моему мнению. Показывая историю одного поколения людей, он обнажает их души перед друг другом и перед читателем, понятное дело. 

То ли это норвежский менталитет, то ли умысел автора, вот уж не знаю, но возникло чувство, что люди изголодались по необходимости говорить друг другу правду, засунув всякую тактичность куда подальше. Впервые, пожалуй, читаю такую манеру исполнения диалогов между героями, когда вместо привычной прямой речи идет сначала повествование. Как будто герои книги решили, что нет смысла тратить время на обдумывание, что и как сказать, но любую свою мысль они выдают сразу в речь. Лишь только Абель, главный игрок сего произведения, живет по каким-то своим законам, временами гордясь даром принимать реальность по-своему.

У меня возникла некая параллель с книгой Маркеса "Сто лет одиночества", но все-таки здесь точно имеются свои литературные изюминки.

Все приходит на круги своя, как будто в начале уже можно предсказать конец, и все-таки наш интерес к тому, чем все это кончится, будь то история любви или пандемия, никогда не проходит.