Мике и самой не нравилось это место, хотя она не была лентяйкой. Просто обстановка немного пугала.
- Надо было тогда русские народные сказки читать, - сказала она.
- А что толку? - говорит Пашка и шмякает на доски горячую смолу. - Они то не волшебные, как эта книга.
- Нам надо подумать, как выбраться отсюда.
- Наверно есть какой-то портал. Ты не помнишь, в какой части корабля мы появились?
- Прямо перед штурвалом.
- Ну вот и надо снова на это место встать. Может получится.
Но их план не сработал. Боцман так прошёлся по их мягким местам за то, что они прохлаждаются, что Пашке с Микой пришлось на время забыть о возвращении.
Уже, когда палуба была просмолена, боцман загнал всех в трюм. Матросы собирались ужинать. Полусырая рыба, чёрствый хлеб и крепкий ром, конечно не пришлись по вкусу нашим путешественникам.
- Эй, молокососы, - обратился к ним огромный мавр с кольцом в носу и абсолютно гладким черепом, - вам надо привыкать к этой жратве и к этому пойлу. Разносолы только у нашего капитана и его помощника. И вряд ли они намерены поделиться с нами.
Все матросы захохотали.
- Всем отбой! - приказал боцман, хотя уже добрая половина команды итак валялась на полу.
Мика с Пашкой полезли в грязные и неудобные гамаки. Они пошептались и решили, что когда все уснут, прокрасться на палубу и найти портал.
Часа через два, когда трюм уже на все лады разражался сочными ломтями матросского храпа, друзья потихоньку вылезли из гамаков и поднялись на палубу. Небо очистилось, и на нем светила полная луна в обрамлении россыпи ярких звёзд. Лунная живая дорожка протянулась по океану. Вахтенный матрос стоял у штурвала и клевал носом. Стояла умиротворяющая тишина. Пашка с Микой залюбовались на миг этой идиллией, пока, будто гром среди ясного неба, из наблюдательной корзины, приколоченной к мачте, не раздался крик:"Земля по левому борту! Земля по левому борту!