Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Баллада о двадцатилетнем капитане. Стих фронтовика.

Венедикт Станцев (1922–2009) – поэт-фронтовик. В первые дни войны записался добровольцем на фронт.  Воевал в Уральской 3-й гвардейской стрелковой дивизии. Участник Сталинградской битвы, брал Кёнигсберг. Награждён орденом Красной Звезды. После войны жил в Екатеринбурге. Его имя носит Всероссийская литературная премия, вручаемая ежегодно в канун Дня Победы. Баллада о двадцатилетнем капитане Хриплым криком Капитан кого-то, Задыхаясь, звал В слепом бреду. Может, поднимал В атаку роту У стволов глазастых На виду. Нет, Скорей, от боли нестерпимой Он ругался В предрассветный час. Я же гладил локоны любимой, Гладил так, Как гладят в первый раз. Чем могли Помочь мы капитану, Если отступились доктора? Знали мы: С такой тяжёлой раной Не протянет он и до утра… Где-то мёдом Наливался донник, Ветер плыл, Расправив два крыла. А заря, Присев на подоконник, Золотые косы расплела… Время – доктор. Затянулись раны. Стали мы Бывалыми людьми, Но забыть не можем капитана, Что не дожил До своей любви.
Венедикт Станцев (1922–2009)
Венедикт Станцев (1922–2009)

Венедикт Станцев (1922–2009) – поэт-фронтовик. В первые дни войны записался добровольцем на фронт.  Воевал в Уральской 3-й гвардейской стрелковой дивизии. Участник Сталинградской битвы, брал Кёнигсберг. Награждён орденом Красной Звезды. После войны жил в Екатеринбурге. Его имя носит Всероссийская литературная премия, вручаемая ежегодно в канун Дня Победы.

Баллада о двадцатилетнем капитане

Хриплым криком

Капитан кого-то,

Задыхаясь, звал

В слепом бреду.

Может, поднимал

В атаку роту

У стволов глазастых

На виду.

Нет,

Скорей, от боли нестерпимой

Он ругался

В предрассветный час.

Я же гладил локоны любимой,

Гладил так,

Как гладят в первый раз.

Чем могли

Помочь мы капитану,

Если отступились доктора?

Знали мы:

С такой тяжёлой раной

Не протянет он и до утра…

Где-то мёдом

Наливался донник,

Ветер плыл,

Расправив два крыла.

А заря,

Присев на подоконник,

Золотые косы расплела…

Время – доктор.

Затянулись раны.

Стали мы

Бывалыми людьми,

Но забыть не можем капитана,

Что не дожил

До своей любви.