Вот помяни моё слово, снесут медного всадника, как пить дать, за оголтелый сексизм и колониальные замашки. И кудрявого с Пушкинской в речку скинут, в лучшем случае, депортируют в Бирюлёво за объективацию, пропаганду абьюзивных отношений и алкоголя. И ведь куда ни глянь, всё памятники понаставлены. А кому? У каждого второго крепостные - считай, рабовладелец. Один прожжённый антисемит, другой сектант на всю голову, третий - буян и мелкий уголовник. Ведь ни одного нормального же. И этих, так сказать, людей, их, так сказать, творения, ещё в школах заставляют читать. И что интересно: заставляют молодёжь читать сочинения каких-то совершенно диких, грубых, нетолерантных негодяев, но при этом рожу свою интеллигентную кривят, когда слышат из айфона ученика, например, Моргенштерна. А что, собственно, такого? Современники Пушкина, то есть вот эти все бабки, ещё во времена Екатерины гарцевавшие полуголыми на балах, тоже возмущались от вульгарных и вольнодумных стихов какого-то кудрявого пацана, в