14-го июня произойдет событие, очень важное для российской армии и Русской православной церкви - будет освящен Главный храм Вооруженных сил. Один из самых больших храмов в стране возведен всего за два года, к 75-й годовщине Победы в Великой Отечественной войне. Строился на пожертвования. Их сбором занимался Благотворительный фонд «Воскресение», возглавляемый Александром Каньшиным. «МК» попросил рассказать о деле, которое занимало его все время, пока строился храм.
-Александр Николаевич, правильно я понимаю, что последние два года вашей жизни полностью посвящены строительству Главного храма Вооруженных сил? В воскресенье, этот храм будет освящен. Символично, что это произойдет в день вашего рождения. Что вы чувствуете в связи с этим?
-Я искренне ощущаю, что все эти два года я нес свой крест. Тяжелый крест. И каждый день ощущал, что должен его нести.
Накануне в храме собрались все работники Благотворительного фонда «Воскресение». Был молебен и небольшой прием, устроенный настоятелем храма владыкой епископом Клинским Стефаном. Он очень добрые слова сказал в адрес фонда. Вручил нам икону Архангела Михаила.
Для всех нас, кто работал эти годы в фонде, было принципиально все это время не получать зарплату...
-Что значит - не получать зарплату?
-Когда сказали, что будет храм строиться, фонд создаваться, поступило предложение от руководства Минобороны - со своей командой, бухгалтером, экономистами этим заняться. Задача была - создать фонд, быстро его зарегистрировать. Мы, кстати, в Минюсте регистрацию получили за день.
Дел было много: надо было документально все оформить, выстроить отношения с партнерами, организовать систему зачисления денег в четырех банках, начать сбор и прием средств, заключение контрактов с подрядчиками, исполнителями… И это все нужно было сделать буквально в течение нескольких дней.
Мы понимали, что деньги из фонда мы брать не можем. Несколько технических сотрудников получали небольшую зарплату. Некоторые - лишь полставки. А вот я и основная масса сотрудников в фонде зарплату не получали. Мы сразу договорились, и сообщили об этом руководству Минобороны, что сотрудники фонда во главе с Каньшиным не должны получать деньги из фонда.
То есть по законодательству я, как глава фонда, получал 45 тысяч рублей, платил налоги и тут же эти деньги отправлял снова в фонд.
Это материальная сторона дела. И сейчас я с полным правом могу сказать: через нас прошло больше шести миллиардов рублей, и к нам нет никаких претензий ни на рубль.
Хотя поначалу, помните, были скептики: дескать, разворуют, потратят… Но вот он, храм, стоит. 14-го его освещают. А у нас на счетах фонда еще приличная сумма осталась.
-Вы работали со строителями, подрядчиками… И что, среди них не было никого, кто бы не попытался схитрить, «сэкономить» что-нибудь в свой карман?
-Тут все просто. Вы ведь знаете, что министр обороны генерал армии Сергей Шойгу по первому своему образованию - строитель. И не просто строитель, а крупный организатор строек. Я не могу ему давать оценку как военачальнику и министру обороны, но то, что его, как экономиста, строителя и организатора строительства крупных строительных объектов обмануть просто невозможно, это точно. Ручаюсь.
Даже не берем парк «Патриот», хотя он безусловно заслуживает внимания. Посмотрите на обустройство войск, на военные училища, академии, госпитали…
Шойгу за время своей работы подготовил большую команду молодых управленцев-военных строителей. Он же постепенно реабилитировал военно-строительный комплекс, разрушенный до него. Он лично вникал во все детали строительства храма вместе со своми замом Тимуром Ивановым. И работать с ними было очень легко. В вопросах ценообразования они все знали – их не обманешь.
Причем министр на заседаниях технического и художественного советов сразу сказал: на храме зарабатывать никто не будет. Кто хочет проявить себя и войти в историю нормальным честным человеком, давайте работать. После этого многие строительные организации ушли, так как они хотели работать на прибыль. А большинство, в том числе художники, скульпторы и архитекторы, работали по себестоимости, либо сами еще и вкладывались в это строительство.