Рыбалка – под тропиком Рака
Песок, песок, море, море, линия горизонта, небо, небо, небо...
Именно такую картинку (на пляже славного города Ниццы), вы увидите, если сперва посмотрите себе под ноги, а потом медленно и плавно поднимаете голову. И на пляжах многих других курортных городов, городков и посёлков картина будет аналогичной: песок, песок, море, море, линия горизонта, небо, небо, небо...
Но так бывает далеко не везде и не всегда. Например, здесь, на набережной городка Сан-Анхелино, поздней весной или в начале лета, при полном безветрии, на рассвете – между шестью и семью утренними часами – череда картинок будет совсем иной: песок, песок, море, море, море, море, (а может, уже небо?), точно небо, (а может, еще море?), море, море...
И никаких фокусов: просто море и небо совершенно одинакового, ярко-бирюзового цвета – линия горизонта отсутствует, небо и море сливаются в нечто Единое, Неразделимое и Неразгаданное....
Ничего прекрасней на белом свете нет.
И если Вы еще не наблюдали этого чуда, то Вы - счастливчик, у Вас впереди первое, ни с чем несравнимое свидание с ним.
Ну а тот, кто уже стал свидетелем сего Непознанного, покидает сей блаженный берег только по крайней необходимости или по зову сил Высших...
Вот так всегда – когда не клюет, всегда тянет немного пофилософствовать.
А кстати, если Вы никогда не рыбачили на Карибском море, и при этом не имеете крепких зачатков ихтиологических знаний, то и не пытайтесь.
Здесь большинство рыбьего населения – создания крайне ядовитые и вовсе несъедобные, а некоторых и в руки брать не советую – ожог обеспечен.
Даже я, проживший в этих краях уже целых два месяца, предпочитаю ловить только pezo, как их называют местные аборигены, впрочем, я почему-то уверен, что это обычная молодь барракуды, хотя, могу и ошибаться.
Зеленый поплавок, сделанный из пера молодого попугая, медленно пошел в сторону, покачнулся и уверенно утонул.
Подсечка, короткая борьба, и длинная зеленая рыбина, широко разевая зубастую пасть, запрыгала по белому песку.
Это уже третья за утро, право, не дурно.
Теперь можно, не торопясь, перекурить.
Сан-Анхелино, наконец, проснулся.
Многочисленные женщины и мужчины заторопились куда-то по узким, мощеным диким необработанным камнем улицам – кто-то по делам, но большинство просто так – ради утреннего променада, пока не наступил полуденный зной, а, следовательно, и сиеста – четырех, а то и пятичасовой послеобеденный сон где-нибудь в тени.
В бухту, надсадно подавая хриплые гудки, ввалился грузный лесовоз «Кьянти», оставляя за собой мазутные пятна и устойчивый запах керосина.
Рыба больше не клевала.
Оранжевое, все еще утреннее и поэтому не особенно злобное солнышко, выглянуло из-за банановой рощи, что уютно расположилась у меня за спиной.
Оптический обман тут же приказал долго жить, меняя цвета и перспективы.
И вот уже нежно-зеленое море было безжалостно разлучено с голубовато-лазурным небом – будто кто-то торопливо провел по прекрасному полотну тупым ножом, оставляя где-то, в немыслимой дали, грубый шрам – линию горизонта.
Нежное прохладное утро тихо и незаметно скончалось, родился безжалостный – в своей грядущей жаре – новый тропический день…