Здравствуйте, дорогие читатели!
Это статья, наверное, будет интересна тем путешественникам, которые идут посмотреть знаменитый маяк на мысе «Анива». Последним населенным пунктом в их походе является поселок «Южный». Сейчас его нельзя назвать поселком. Кроме здания бывшей погранзаставы и нескольких бетонных остовов японских домов в поселке ничего нет. Но были и другие времена в жизни этого поселения.
Наша семья приехала в поселок летом 1949 года. В поселке кипела жизнь, все, что было построено японцами – работало, всё функционировало. Большой поселок располагался в трех распадках между сопок, центром его была южная часть, где находится сейчас брошенное здание заставы. Сбоку от заставы находился вместительный клуб, в котором каждый день демонстрировался новый фильм. Сеансы начинались в 19.00 и 21.00, а если привозили детский фильм, то сеанс был в 17.00. электроэнергия в поселке была от дизель-генератора, который заканчивал работу в 23.00. Тут же находился магазин.
Запомнились двухсот литровые бочки, стоящие в магазине. Из одной бочки ручным насосом качали подсолнечное масло, из другой бочки качали чистый питьевой спирт. а еще в магазине покупали вкусные конфеты-подушечки со вкусом кофе. В этом же «микрорайоне» был небольшой порт, который обслуживал буксир «Дунай» здесь же был деревянный слип, по которому на берег вытаскивали сейнеры для ремонта подводной части судна. Водное сообщение с г.Корскаков осуществляло пассажирское судно «Гелиотроп».
Вокруг было много домов, как казенных, так и частных, построенных приезжими. Южнее озера «Славянское», где сейчас рыбацкий стан, находился рыбоконсервный завод с причалом. Этот завод выпускал банки с крабовым мясом.
Запомнилась такая картина: вдоль берега рядами до самого горизонта медленно ходят десятки сейнеров. Периодически сейнеры подходят к заводскому причалу, выгружают пойманных крабов и опять идут на промысел. Мы, мальчишками, часто бывали на этом заводе. Возле котельной стояла 200т литровая бочка, в которую постоянно подавался пар по трубе. Эта бочка почти всегда была полна вареных крабов. Нам никогда не отказывали полакомиться крабами.
Обойдя по дороге вдоль берега моря в сторону Севера, попадали во второй «микрорайон» поселка. В этом распадке находился еще один рыбозавод на побережье. Здесь же была лесопилка и столярная мастерская, где работал мой отец. На берегу постоянно топилась огромная печь, в которой производилась кормовая мука (ТУК) из минтая, которого было очень много.
В памяти осталась такая картина: сейнер подводит огромный кошельковый невод с косяком сельди. Невод медленно стягивается и подводится к причалу. У причала стоит японский плавучий рыбонасос. Хобот-шланг опускают в невод, и вот уже сельдь с водой течет по деревянным желобам в цеха рыбозавода, где рабочие заполняют бочки солью и сельдью, а бондари закупоривают эти бочки. В этом распадке были также жилые дома.
Обойдя в сторону Севера еще одну сопку попадали в третий «микрорайон». Он так и назывался «Северный». Здесь была семилетняя школа, доставшаяся от японцев. Окна были большие, каждый класс отапливался печью на дровах. Учеников было много. Первые годы технический персонал школы составляли японцы и корейцы. Возле каждого дома, где жили корейцы, можно было увидеть одну или несколько собак, причем больших собак. Ближе к зиме эти собаки исчезали. Корейцы просто заготавливали собачье мясо на зиму, засаливая его в бочки.
Вели себя и японцы и корейцы очень доброжелательно.
Любимой игрой у нас была лапта и у каждого мальчишки в кармане имелась «маялка», а то и не одна. Маялка – это кусок овечьей шкуры с пышной шерстью к которой снизу прикреплялся кусочек свинца. Внутренней стороной стопы ноги нужно поддерживать маялку в полете. Побеждал тот, кто дольше всех удерживал маялку в полете. 300-500 ударов ногой по маялке - обычное дело. Ученики, окончившие семь классов и желающие дальше учиться, отправлялись в село Новиково в 15 км от п.Южного. там была школа десятилетка с интернатом.
Хочется сказать о погоде Южного Сахалина. Зимой частенько были бураны, которые могли длится 2-3 дня. После таких буранов сугробы были под крыши домов. Дорогу постоянно чистил трактор ДТ-54 с отвалом. Морозы до -20 С были редкость. Детям зимой было раздолье. Строили снежные крепости с туннелями. Весной в залив нагоняло много льда, многие льдины вытесняло на берег. Но самое интересное то, что с этим льдом приплывало много красивейших медуз, размером до полуметра в диаметре. Но весной лед быстро таял. В августе часто купались в море.
Вот сейчас туристы свободно по берегу пешком доходят до Белого Камня (мыс). Но было так не всегда. Как-то с мальчишками решили дойти до этого мыса, но пройдя полтора-два километра мы уперлись в отвесную скалу, уходящую в море (не пропуск).
Нельзя не сказать о времени нереста горбуши. Рыбы в каждой речке, в каждом ручье кишило. Наблюдал такую картину: мужчина с ножом стоит в ручье шириной с метр, рядом стоит бочка. Мужчина берет рыбину, разрезает брюхо, достает икру, кладет в бочку, а рыбину бросает на берег. И так до тех пор, пока бочка не наполняется икрой. Толи это браконьерский промысел, толи промышленный, я не знаю.
Запомнился один веселый день. На площади перед клубом поставили трибуну. Приехала машина «Победа», вышли какие-то дядьки и начался митинг. Собрался весь народ поселка. Люди плакали, некоторые рыдали. Я тогда не понимал почему все плачут. А было это 5 марта 1953 года, в день смерти И.В.Сталина.
С Сахалина мы уехали летом 1957 г. Следуя из Владивостока в Москву на поезде, нам встречались поезда с участниками Всемирного фестиваля молодежи и студентов в Москве. А в поезде с нами ехало много освободившихся из лагерей бывших заключенных. Они были в ужасном состоянии. Почти на каждой остановке отец ходил на перрон и покупал продукты, а затем раздавал этим людям. Это были люди разных республик СССР.
Как меня все эти годы тянет посетить Сахалин, ведь он такой родной для меня. Мое глубочайшее уважение всем жителям родного Сахалина.
Всех Вам благ и добра!