Сегодня мой список книг и авторов с отличным чувством юмора продолжает дядя Сэм. В смысле Сэмюэл Клеменс, он же Марк Твен. Помните, как в кино «Формула любви» граф Калиостро описывает обстоятельства своего рождения: «В тот год и в тот час произошло извержение вулкана Везувий. Вероятно, вследствие этого знаменательного совпадения часть энергии вулкана передалась мне»? Марк Твен имел свой источник кипучей энергии: он пришел в мир вместе с кометой Галлея и ушёл в год её возвращения.
С присущей образцовым американцам энергичностью, Твен напрасно пытался разбогатеть на добыче серебра, зато успел поблистать как журналист, юморист и сатирик, участник несчетного количества забавных историй, практически первый стэнд-аппер в истории (его публичные лекции производили фурор), автор первого классического «попаданца» («Янки при дворе короля Артура»), близкий друг того самого Теслы.
Марк Твен это и «Том Сойер», и «Гекльбери Финн», и «Принц и нищий». Но мне больше нравились его рассказы. Остроумный, напористый, динамичный стиль Твена хорош и в XXI веке. «Он мог предсказывать войны и голод; впрочем, это было нетрудно: всегда где-нибудь да воюют и почти всегда где-нибудь голодают». Рассказ «Как я редактировал сельскохозяйственную газету» неплохо описывает будни копирайтера,
заталкивающего ключевые слова в абзацы бессмысленных предложений. Рассказ «Как меня выбирали в губернаторы» готовая предвыборная инфостратегия. Маленькая цитата, актуальная и к нашим выборам (а заодно к событиям в США):
Теперь я стал развёртывать утреннюю газету с боязливой осторожностью, — так, наверное, приподнимает одеяло человек, подозревающий, что где-то в постели притаилась гремучая змея.
Однажды мне бросилось в глаза следующее:
«Клеветник уличён! ... под присягой дали показания, свидетельствующие, что наглое утверждение мистера Твена, будто покойный дед нашего достойного кандидата мистера Блэнка был повешен за грабёж на большой дороге, является подлой и нелепой, ни на чём не основанной клеветой.
Каждому порядочному человеку станет грустно на душе при виде того, как ради достижения политических успехов некоторые люди пускаются на любые гнусные уловки, оскверняют гробницы и чернят честные имена усопших.
... мы почти готовы посоветовать оскорблённой и разгневанной публике тотчас же учинить грозную расправу над клеветником.
Впрочем, нет! Пусть терзается угрызениями совести!
(Хотя, если наши сограждане, ослеплённые яростью, в пылу гнева нанесут ему телесные увечья, совершенно очевидно, что никакие присяжные не решатся их обвинить и никакой суд не решится присудить к наказанию участников этого дела.)»
Ловкая заключительная фраза, видимо, произвела на публику должное впечатление: той же ночью мне пришлось поспешно вскочить с постели и убежать из дому чёрным ходом, а «оскорблённая и разгневанная публика» ворвалась через парадную дверь и в порыве справедливого негодования стала бить у меня окна и ломать мебель, а кстати захватила с собой кое-что из моих вещей. И всё же я могу поклясться всеми святыми, что никогда не клеветал на дедушку мистера Блэнка. Мало того — я не подозревал о его существовании и никогда не слыхал его имени.
(Замечу мимоходом, что вышеупомянутая газета с тех пор стала именовать меня «Твеном, Осквернителем Гробниц».)
#10книг
#Марк Твен имел св