Оглавление
Начало истории
Предыдущая глава
Следующая глава
Я подошла к подъезду, чтобы открыть дверь. В эту секунду все уличные фонари за моей спиной разом погасли. Пришлось в темноте искать ключи. Пока я нащупывала их в рюкзаке, короткая вспышка света озарила окружающее меня пространство. Мне подумалось, что это мог быть свет фар проезжавшей мимо машины, но когда оглянулась, то никакой машины поблизости не обнаружила.
Вторую вспышку света я застала во мраке квартиры. За ней последовал глухой раскат грома. И тогда стало ясно – надвигается гроза. Очень быстро я прошлась по квартире, включая в каждом ее углу лампочки светильников.
Зайдя в темную спальню с занавешенными на окне шторами, из-под которых шло тусклое ультрамариновое свечение, я стала искать рукой на стене выключатель. Повернув голову в сторону шкафа, я ужаснулась: темный силуэт, напоминающий человека, неподвижно сидел в кресле возле стены и смотрел в мою сторону. В этот миг у меня дыхание перехватило, а тело содрогнулось от внезапного испуга. Когда я все же нащупала кнопку выключателя и нажала на нее, комната осветилась, и я облегченно выдохнула. Оказалось, что привидевшееся было всего лишь на всего пледом, небрежно брошенным на кресло. Однако сердце мое все еще продолжало отбивать быстрые неравномерные ритмы.
С детства я боялась грозы. Ночные грозы пугали меня больше всего. Если разум находится в полусонном заторможенном состоянии, то начинает активно подключаться воображение. В такие моменты может привидеться все что угодно, особенно во тьме.
Фильмы ужасов я беспрепятственно смотрела в детстве по телевизору. Апогей какой-либо страшной сцены обычно происходил во время бутафорской грозы. Вспышки молний в кино , на удивление, были настолько бесперебойными, что казалось, будто бы за окнами домов персонажей закоротило проводку огромного размера. В жизни я таких гроз не наблюдала, если только однажды, во время знойного лета.
Отправив маме сообщение о том, что я дома, я еще раз перечитала сообщение Вадима: «Привет, ты кто?»
Внутренне я была спокойна – на моей аватарке в WhatsApp у меня не было фото. Вадим не знал, с кем переписывается. Хотя я думала, что он и не вспомнил бы вообще, кто я такая и при каких обстоятельствах мы с ним в первый раз написали друг другу.
- Извини. Ошиблась, - написала я ответное сообщение и, положив телефон на стол, пошла на кухню, чтобы разогреть еды. Я не надеялась на ответ Вадима.
Раздался еще один сильный грозовой раскат, который прозвучал громче предыдущего. Порывистый ветер на улице протяжно загудел и с резким стуком открыл створку окна. Озоновая прохлада проникла вместе с леденящим ветром в дом, отчего короткие кухонные занавески всколыхнулись и начали безостановочно извиваться. Закрыв наглухо окно на кухне, я услышала со стороны комнаты сигнал входящего сообщения.
С металлическим звуком по оконным карнизам начал барабанить дождь. Ослепляющие всполохи молний и грозовые удары стали чаще. Один грозовой рокот прозвучал так мощно и неожиданно, что я выронила из рук телефон, который взяла со стола. Он упал на пол и отключился. На кухне зашкворчала еда, и запахло горелым. Я ринулась к плите и сняла с нее сковородку с почерневшим беконом.
По приходе в спальню я попыталась включить телефон и задумалась, как же я так могла перепутать номера Вадима и Павла. Сколько раз себе говорила - нужно сразу именовать новые контакты.
Телефон включился сразу и беспрепятственно. От Вадима было два непрочитанных сообщения: «Как можно ошибиться номером телефона в WhatsApp?»; «Почему молчишь?».
Я сразу же написала ответ:
- Так получилось. Отходила. Это что, допрос?
- Я имею право знать, с кем переписываюсь, - через секунду ответил Вадим. – Не так ли?
- А зачем? Это неинтересно, - отправила я сообщение, сопроводив его подмигивающим смайликом.
- Согласен. Ну, тогда напиши хоть, как тебя зовут.
- Вероника.
- И откуда ты, Вероника?
- Как же банально это звучит. Почему нужно сразу свое резюме писать? Мы же не на собеседовании.
Тогда я даже перестала обращать внимание на разбушевавшуюся грозу. Было удивительно и приятно вдвойне, что мы начали общение с нуля, и до Вадима после всего случившегося я могла все еще достучаться.
- Хм, а ты права, - продолжил Вадим переписку. - У меня не хочешь ничего спросить?
- Ну, окей. Как тебя зовут? - я закатила глаза, не желая вести очередную скучную и предсказуемую переписку.
- Вадим Сергеевич, - ответил Вадим и отправил смайлик.
На экране смартфона замигал красный индикатор разряженной батареи. Я быстро подсоединила телефон к зарядному устройству, и в это мгновение раздался оглушающий грохот, сопровождающийся ярчайшей вспышкой света. Все освещение в квартире перестало работать. Подойдя к балкону, сквозь изгибающиеся от штормового ветра контуры деревьев я увидела, что обесточенной осталась вся улица.
На экране смартфона высветилось новое сообщение: «Ты куда пропала?».
Телефон выключился в тот момент, когда я дописывала текст ответного письма. Отправить его мне так и не удалось. Внешнее зарядное устройство тоже было разряжено, как и фонарик, лежавший в комоде долгое время без батареек.
Я не стала ждать включения света и, ругая себя за безалаберность и недальновидность, пошла спать, забыв про ужин.
Гроза уже не доводила до рефлекторных вздрагиваний, и теперь я была сильно озабочена и расстроена тем, что не смогла нормально пообщаться с Вадимом.
«Он точно больше мне никогда не напишет», - огорченно подумала я, по привычке накрываясь одеялом с головой.
