Порошенко заставили вспомнить о том, что он русский

Порошенко заставили вспомнить о том, что он русский

Крайне показательная для всей политической мифологии Украины история приключилась с бывшим президентом этой страны Петром Порошенко. В критический для него момент, будучи в государственном учреждении, экс-президент незалежной внезапно перешел на чистейший русский язык. О чем это говорит – как в отношении лично Порошенко, так и по поводу прочих украинских политиков?

Мельницы Господа мелют медленно, а на Украине – еще вдвое медленней. Череда вызовов на допросы, растянувшаяся почти на год, подошла к концу: поздно вечером 10 июня Государственное бюро расследований предъявило первое подозрение Петру Порошенко. Как уточняют украинские СМИ, всего в работе у ГБР находится более 20 дел, в которых фигурирует экс-президент. Но только теперь выдвинуто первое обвинение, да еще и не по самому резонансному моменту его президентства. Если коротко – Порошенко пытаются обвинить в назначении первым заместителем председателя СВР Сергея Семочко, фигуранта нескольких журналистских расследований и подозревавшегося в коррупции. 

И то ли в деле действительно есть за что зацепиться, то ли Порошенко перенервничал. Только вот предыдущие десять месяцев он то ходил на допросы, то плевал на них. Однако вышел из себя и устроил скандал только сейчас – вместе с группой поддержки вломился в офис генпрокурора Украины Ирины Венедиктовой и пытался (по ее словам) оказать на нее давление. 

Сама по себе такая попытка удивления не вызывает. С 2014 года такое поведение – почти норма. Однако, высказывая генпрокурору свое недовольство, Порошенко вначале перешел на суржик, а затем и на чистейший русский язык. Даже жаль, что генпрокурор не догадалась его одернуть: «Українською, будь ласка!»

Смотрите, кто заговорил

А ведь как раз его бы стоило одернуть в первую очередь, поскольку именно при Порошенко власть начала системное наступление на все языки общения, кроме, конечно же, украинского.

1. Был отменен т. н. закон Кивалова – Колесниченко, закреплявший за языками нацменьшинств право на региональный статус. Причем даже не автоматом, а с согласия органов местной власти. Как раз угроза отмены этого закона в том числе запустила механизм гражданской войны на Украине.

2. Были приняты законы, установившие квоты на украиноязычный продукт на радио и ТВ. К настоящему времени до 90% эфирного времени должны заполняться украиноязычным контентом.

3. Государство вмешалось в сферу образования, искоренив возможность обучения на любом языке, кроме украинского. Правило, разумеется, не касается дорогих частных школ для элиты, где практикуется обучение на английском. 

4. Наконец, под занавес президентства Порошенко был принят закон о государственном статусе украинского языка. В числе прочего там приводится перечень должностей, для которых знание и использование украинского обязательно. Сам Порошенко тогда определял закон как «важнейший шаг на пути нашей ментальной независимости». 

Нет, с одной стороны, все, конечно же, правильно. Раз Украина – независимое государство, то, наверное, украинский язык должен иметь более весомый статус, чем русский или любой другой. Однако для кого же тогда принимаются все эти законы, если даже сами их инициаторы резко забывают украинский и переходят на «язык межнационального общения» – а на самом деле родной?

Невольно вспоминается кинофильм «17 мгновений весны». Герой Тихонова предупреждал Кэтрин Кин: «Понимаешь, женщины кричат во время родов... Они кричат на родном языке. Так что ты будешь кричать «Мамочка!» по-рязански». 

Ту же мысль, но более жестко, мы видим и у Бродского: 

...Только когда придет и вам помирать, бугаи,

Будете вы хрипеть, царапая край матраса,

Строчки из Александра, а не брехню Тараса.

И примером тому – не один только Порошенко. Есть множество видеороликов, показывающих, как украинские депутаты, политики, активисты – все они в момент потери контроля переходят на русский язык. И доказывают тем самым всю искусственность собственных попыток украинизировать самих себя