С утра достал отцовские награды, распаковал... Я редко их достаю, только на День Победы и на пару событий еще. Чтобы снять получше "Звездочку", пришлось размонтировать плексиглассовую коробку... Собирал все потом крайне аккуратно: плекс старенький, потрескался по швам - что называется, "дышит". Эту коробку папа клеил сам, году так в 70-м - мне под коллекцию значков с гербами городов. Для меня, певоклашки значки были сокровищем. Сейчас сокровище - вот это...
Отец не любил без особого повода показываться с боевыми наградами - говорил, мол, "железки... звенят..." Он был скромен и предпочитал орденские колодки - ленточки, обернутые вокруг алюминиевых или пластиковых направляющих и выстроенные одна за другой по ранжиру. Бордовая с белым ленточка ордена Красной Звезды долгие годы оставалась первой в первом ряду.
С годами медалей становилось больше: к боевым ("За победу над Германией", "За взятие Берлина", "За освобождение Праги") регулярно добавлялись "юбилейные" - к очередному летию Победы, и однажды к ним присоседился "Ветеран труда". Серая стальная медаль в компанию к золотым.
Отцу в таких случаях приходилось заказывал в киоске Военторга новые орденские колодки или специально выделив вечер и принеся с работы очки-"окуляры" садиться мастерить колодки самому. Работал он медленно, скрупулезно: всю ночь по квартире разносился запах эпоксидной смолы... Почему-то в дефиците были ленточки к медали "За освобождение Праги", наверное, главной - отличительной! - медали ветеранов 3-ей Гвардейской армии. Тогда отец доставал из заветного бумажного пакетика давно хранимый обрезок сиреневой с синим ленточки и отрезал от него еще 2 сантиметра - ровно столько надо было на обновление орденской колодки...
Отец крепил колодки и к пиджаку, и на рубашку - помню, на 60-летие ему подарили морскую офицерскую рубашку-гимнастерку. Желтоватую, с лямками под погоны. Отец, хотя и был "сухопутчиком", ее очень любил носить. Неожиданный "морской" акцент в одежде соответствовал месту послевоенной работы отца и никого в длинных коридорах НИИ не удивлял. В этой рубашке с орденскими колодками отца и похоронили - радиация никого не щадит, но отпускает разный срок на борьбу за жизнь. Как бы проверяет, кто к чему готов...
Но вернемся к наградам. Отцовские медали и ордена не были, что называется, раз и навсегда закреплеными на каком-то одном пиджаке. И процесс крепления наград к свежему пиджаку у нас в доме был настоящим процессом - отец терпеть не мог небрежность. Тут же появлялись линейка, мел, нитки - чтоб сразу "заштуковать" дырочки под ордена...
Из боевых наград отец особо любил орден Красной Звезды - он называл его "Звездочкой". Орден за номером 2082781 был получен им, командиром отделения разведки не "списочно", а за личный подвиг уже в самом конце войны, зимой с 44 на 45 год. Отец до конца жизни не был трепачом - не баловал рассказами о войне, и за что у него орден, я в детстве не знал.
Лет 5-7 назад Министерство обороны оцифровало и выложило на своих ресурсах "Мемориал" и "Подвиг народа" массу документов. О живых и мертвых. Об их подвигах и наградах - врученных и не врученных. Даже карты боевых действий полков выложили. И я сразу нашел наградные документы отца. Некоторые строки поражают: "находясь на минированной территори..." или, к примеру, "проводя разведку на участке в 60 кв. километров..." Описанное в документе происходило, повторюсь, зимой: мины - те под снегом не видны, а следы пробирающейся по немецким тылам разведгруппы - те не скрыть... Почему отец мне этого не рассказывал? Может, я мальчишка-дурак не о том его распрашивал или не так...
Кстати, своего отца-ветерана с медалями и орденами на пиджаке я снял только один раз - в 1985 году. Для этого мы с ним почему-то поехали в Измайловский парк - отец так захотел. Была жара, но папа упрямо шел в плаще, и снял его только на 5 минут - для съемки. Потом снова надел плащ, но застегивать его уже не стал.
© текст и фото Андрея Гореловского