Я хотела их беречь… \ Записки воспитателя.

Мне многие говорили: «ты их так любишь, потому что у тебя нет своих детей». Этой позиции и фразы я не понимала никогда и, наверно, не пойму вовсе. Сколько вы видели влюбленных в детей воспитателей? А сколько раздраженных, злых, тех, которых нельзя допускать и близко к детям? А теперь на тот же вопрос ответьте, касаемо мам/пап/родителей?.. Я думаю, не стоит пояснять, что личность человека и его человеческие качества и пристрастия не зависят (ну, или если вы настаиваете – не всегда зависят) от наличия/отсутствия детей?..

Когда я пришла в сад, я думала, что после работы там я буду знать о воспитании и детях все. Когда я закончила там работать, я поняла, что не знаю ничего, абсолютно. Вопросов появлялось все больше, ответов не было, или были разные, я не понимала, какие из них верные, а какие – нет.

Говорят, любовь начинается там, где заканчивается личность, когда ты забываешь о себе, и начинаешь думать о другом. Православное христианство вообще не признает иной любви, кроме как самоотверженной и жертвенной. Может, поэтому у меня тогда получалось? Я была молода, открыта миру и детям. Я, правда, любила их, как своих. Мне не приходилось притворяться, ибо это шло от души. И мне так хотелось их сберечь. От всего на свете… (Я ведь помнила, что все психотравмы у людей из детства и то, какой будет их взрослая жизнь, зависит, в том числе, и от меня, ибо все тянется в конечном итоге из детства).

Мир за пределами сада видится иным, нежели внутри него. Сначала все кажется просто, и все дети кажутся обычными и одинаковыми. А потом ты начинаешь их изучать, узнавать их судьбы, личности. Например, ты узнаешь, что у этого ребенка родители в разводе. И ты начинаешь понимать, почему он не очень общительный и порой странный и замкнутый (а ребенок – это всегда отражение и продолжение отношений родителей. Думаю, ни для кого не секрет, что чем хуже отношения у родителей, тем хуже дела у ребенка, со здоровьем и психикой в том числе и в первую очередь. Но это отдельная тема. Может, когда-нибудь я напишу и о ней). У этого, хоть и не в разводе, но живут между собой плохо. А ребенок ни с того, ни с сего заливается слезами, а ты не понимаешь, что с ним, и не можешь это остановить. Внешне ты спокоен, но внутри ты плачешь навзрыд вместе с ним… У меня были разные дети и разные семьи, с разными отношениями и родителей между собой, и отношения родителей к детям, но мне хотелось уберечь моих крошек от всего. Мне хотелось, если я не могу влиять там, то хотя бы пока они здесь, в саду, дать им любовь и свет, вложить доброту и радость… и оградить их от всего. Я же знала, как им это пригодится в последующей жизни. И, может, они не запомнят и не вспомнят меня (ибо, как правило, память детей не активна до 6 лет), но этот свет, что я волью в них, потом будет спасать их по жизни, где-то там, на подсознательном уровне, хоть они и не будут, возможно, о нем помнить, и понимать, откуда он взялся. Мне хотелось уберечь их от ударов и внешних, и внутренних, от злых разговоров и склок сотрудников, некоторые из которых умудрялись, не думая ни о чем, устраивать их при детях. Мне очень хотелось, чтобы их не коснулась никакая беда. А еще очень хотелось, чтобы они так же скучали по мне за выходные, как я по ним, и хотели идти в сад, а не шли туда принудительно…

Я старалась изучать их особенности, видеть мир их глазами (стараться понять каждого из них). И какой же он прекрасный и светлый у них! И какие они все разные и волшебные – каждый по-своему! Старалась замечать то, чего не замечают другие, взрослые, говорить на их языке, «зажигать» свет в них своими горящими глазами при каждой встрече с ними…

Я «склеивала» их истории и сглаживала углы, как могла, хоть у меня и плохо получалось, наверное… Но я старалась, правда... деликатно, аккуратно и ненавязчиво. Мне хотелось помирить разведенных родителей, ссорящихся «склеить» вновь, тем, которым нет дела до ребенка своего, сказать: «Вы же все пропускаете! Это же ваша крошка!». Эх... Мне хотелось так много им всем сказать – родителям моих крошек. Но имела ли я на это право? Это была их жизнь. Где-то они сами ко мне обращались за помощью и советом, а где-то они решали сами свои проблемы, или думали, что у них их нет. Хотелось быть Бэтманом и Мэри Поппинс в одном лице. Но вышло, наверно, скорее случайным прохожим… Я знаю, что у каждого из них в жизни будут свои уроки, и их будет миллион (и они начались уже сразу после моего ухода, увы, с другим воспитателем, об этом я знаю наверняка). Я знаю, что не смогла сберечь их на всю жизнь и оградить от бед каждого из них, хоть и очень хотелось. Но, хочется верить, что хотя бы те два года, что мы провели вместе, не причинили им вред и не убавили в них света и любви к этому миру, на который мы так сильно старались смотреть вместе с позитивом, юмором и добротой …