После излечения в госпитале, я догонял свой, далеко ушедший, артиллерийский полк. По прибытии в штаб части, доложился о прибытии.
- Ну, здравствуй, капитан- поприветствовал командир полка.
- Никак нет, товарищ полковник, старлей пока- ответил я.
- Пока ты отдыхал по госпиталям, тебе дали капитана. Иди, Саврандеев, принимай свою батарею, официальное представление к званию зачитаем потом. Скажу тебе, капитан, что завтра будет жаркий день. По сведениям разведки, немцы со стороны деревни, на твоем направлении выдвигают до роты тяжелых танков. Выживи завтра, иди, родной, иди - и крепко пожал мне руку.
Добравшись до расположения батареи, принял доклад от своего заместителя, техник доложил о состоянии орудий и количестве боезапаса.
Начальник медпункта показал временную санчасть, оборудованную в полуразрушенном здании бывшей молочной фермы.
Вместе с заместителем выбрали приметные ориентиры, для завтрашней стрельбы, по немецким танкам.
Ранним утром, со стороны деревни, на немецкой стороне послышался рев многочисленных двигателей, немецких машин. Две танковые колонны, вышли с двух сторон деревни, желая взять нашу батарею в железные клещи.
- ...восемь,двенадцать "Тигров"- вслух считал наш техник батареи.
- Двенадцать танков, товарищ капитан!
- Вижу. Цель, первые машины. Приготовиться! Заряжай! Огонь!
Шесть орудий ЗИС-2, открыли огонь по первым танкам. Головной "Тигр", правой колонны, остановился, объятый пламенем.
Левофланговый танк, получив снаряд, но тот рикошетом ушёл в небо, а танк продолжил движение.
За околицей деревни, немецкие машины, развернулись во фронт, и открыли беглый огонь, по нашим демаскированным позициям. Немецкая пехота поддержки танков открыла стрельбу. Еще один танк, с перебитыми траками замер на поле боя.
Первые раненые появились и с нашей стороны. Через двадцать минут, немцы, прямым попаданием уничтожили наше первое орудие, вместе с орудийным расчетом. Не зря на фронте говорили про артиллеристов, " ствол длинный-жизнь короткая".
Немцы пристрелявшись, все точнее били по нашей позиции. Количество раненных и убитых увеличивалось с каждым выстрелом фашистов.
Наша батарея выбила почти все танки, вся немецкая пехота полегла под нашим огнем, но у нас осталось целым одно орудие, одно орудие против двух танков.
Последним снарядом подбили предпоследнюю машину. Оставшийся экипаж немцев, решил сравнять с землей, нашу позицию и санчасть, где было много раненых, наших бойцов.
Покинув разбитую батарею, мы ползком добрались до полуподвального помещения, ледника бывшей молочной фермы. Здесь царил полумрак и пахло пылью и прелой соломой.
- Товарищ капитан- теребил меня за рукав боец.
- Чего тебе?
- Смотрите, сорокопятка стоит.
В углу помещения присыпанная соломой, стояло 45-мм орудие образца 1937 года. Видимо в начале войны при отступлении, наши артиллеристы в надежде, что вернутся назад, спрятали орудие.
- Петров, посмотри, нет ли снарядов.
- Да, товарищ капитан, два снаряда в разбитом ящике.
- Давай выкатывать орудие.
- Товарищ капитан, этой мухобойкой "Тигра" не подбить.
- Навались, Петров, много тарахтишь.
- Товарищ командир, как будем стрелять, прицела то нет?-
- По стволу, дорогой, по стволу, или ты не наводчик? Тут до танка, воробью два шага сделать, почти в упор, самих бы не посекло броней.
Последний немецкий танк, раскатав в лепешки, наши разбитые орудия, развернулся, чтобы завалить строение фермы и похоронить раненых в санчасти.
Для нашего выстрела, немец удачно развернулся кормовой проекцией.
Два выстрела в самое слабое место - моторный отсек, остановил бронированную машину.
Экипаж танка, попытался покинуть танк, но был безжалостно расстрелян.
- Это вам, гадам, привет из 41-го - сказал я, вытирая пот с лица.
Шел июль жаркого 43-го года.