Есть такие люди, которые в обществе выполняют функцию разведчиков. Поэтому они не вместе со всеми людьми, а где-то вне стана и племени.
Они уходят от людей, чтобы найти что-то новое и полезное, приносят находку обратно и показывают её людям. А те уже либо принимают, либо нет. Или принимают гораздо позже.
Этот тип людей встречается нечасто, не только потому что они мало с кем-то общаются, находясь в поисках нового, но и потому что их не так уж много. Они такими рождаются, а не становятся, это природная заточенность под функцию, это предназначение.
А природа командует нами через инстинкты. Когда всем хорошо и весело вместе, как заставить кого-то в этом не участвовать, отправляясь не знаю куда, чтобы принести неведомо чего? А вот как:
Человеку кажется, что ему с людьми неуютно, неинтересно, скучно, и даже опасно. И человек уходит в свои поиски. А когда он что-то находит, заодно отдохнув от людей, ему кажется, что он их любит и соскучился, что находку срочно надо принести и показать людям, поделиться.
Такие вот 2 инстинкта:
— не хочу быть с людьми и делать то, что они
— хочу быть с людьми и предложить им делать то, что я
Конечно же, оба они работают одновременно. Ну, то есть, попеременно, но могут меняться много раз за день. И это разрывает человека пополам. Более того, когда он приносит свою находку, то ее чаще всего не принимают.
Потому что она слишком новая, и пока непонятно, не очевидно, куда ее присобачить для решения текущих проблем и удовлетворения потребностей. Она либо вообще отменяет текущую ситуацию, либо рассчитана на будущее, до которого никому нет дела.
И вот человек мечется в этом своем парадоксе, пытаясь достичь баланса, но это невозможно. Все работает именно так, чтобы никакого баланса и покоя не было, а только движение, процесс и результаты. И пофиг личная драма, главное — выживание вида.
А вид-то лезет прямо к пропасти. Когда вид еще простой, он не способен себя ухлопать. Когда более-менее цивилизованный, то ситуация становится опасной, но лишь самые дальновидные это видят, а остальные — нет. Вот как прямо сейчас.
Если вирус уничтожит своего хозяина, не размножившись и не заразив следующего, то он погибнет вместе со своей средой обитания. Это касается и человечества на планете Земля, все идет именно к тому. Климат, экономика, перенаселение... И хоть бы хны )
Это создаёт дополнительный парадокс для отшельника, особенно умного, доброго и творческого. Получается, что он никому не нужен. Его находки никому не нужны. Его идеи, решения и изобретения никому не нужны. Хотя, лет через 7 обычно доходит, но он уже в этом не участвует — ведь тот же инстинкт отворачивает его от мейнстрима.
Он перебивается материально вместо получения признания и вознаграждения. Потому что на каждого затворника Николу Теслу найдется свой ушлый и общительный Эдисон. И это в лучшем случае. Чаще всего отшельник остается вообще незамеченным.
Со своей музыкой, стихами, фильмами, технологиями, наукой, литературой, системной инженерией, учением, практиками и прочим, из чего состоит цивилизация. Если заметно умрет, то дело будет, но он, опять-таки, уже не участвует.
И тогда хитрый отшельник берется закосить под нормального. Он старается угадать текущие интересы людей и дать им в привычной обертке свою оригинальную новую конфетку. Но люди замечают поддельную обертку и легко раскусывают конфетку.
Потому что отшельник не может ничего изменить. Он не может чувствовать иначе, любить другое, хотеть мейнстримное, общаться с людьми и вариться в одном и том же, как остальные нормальные люди. Ему это не заходит. А им не заходит он.
Я не знаю, что посоветовать в такой ситуации. Это закон больших жизненных сил, над которыми мы не властны. Вся жизнь исполнена борьбы, конкуренции, страдания, агрессии и нескончаемого потока разрозненных, хаотических случайностей.
Все это совершенно закономерно и неотвратимо, если не подключать разум. А если подключать, то можно и совсем иначе. Но могут ли отшельники собраться и организовать общество из самих себя? То-то же )
Так что едем дальше. Просто будьте к ним внимательнее и нежнее, потому что все придумано как раз ими. Вне общественной суеты, в одиночестве. Для всех нас.