Одним из побочных эффектов советского и раннего постсоветского воспитания, при одновременных плюсах формы общего образования, является стертость и размытость личностных границ. Человек, особенно мужчина, воспитывался альтруистом, с огромным чувством долга, буквально перед всем, что олицетворяло общество. Одним фактом своего рождения, он обязан был отдавать свое время, силы и жизнь на цели, которые укажет ему социум или его отдельные авторитетные представители. Такой человек должен был нести в себе постоянное чувство вины, что он не может чему-либо до конца соответствовать. Естественно, что такой настрой при успешном насаждении в сознание, делал его весьма удобным для определенной категории людей, полагающих, что они знают, как управлять и подчинять. Конечно же и в странах загнивающего запада ситуация не лучше…
Непонимание собственных границ и границ другого человека, обычно приводит к подавленной агрессии, обидам, желанию отомстить, повести себя с другими так, как поступили с ними. Эти перечисления можно продолжать достаточно долго. Есть определенный типаж людей, которые не представляют себе другого поведения, как только нарушающее границы ближнего. Они стремятся в любой ситуации выдвинуться вперед и занять доминирующее положение. Для этого, эти персонажи пользуются весьма примитивным приемом - они постоянно подчеркивают свою ценность, в отношении какого-то качества, одновременно обесценивая другого. Они поднимают свою значимость, подобно торговке с рынка, нахваливающей свой товар, выставляя его уникальным, востребованным и редким. Тем, кого хотят подчинить, навязчиво подсовывается эта авторитарная модель, в которой тому придётся играть роль винтика в системе отношений, и вертеться он будет туда, куда укажут. В таких людях много поверхностного, их желание возвысится, видимо проявилось бы даже окажись они по горло в дерьме, и тут бы они кичились своей способностью нырнуть в него поглубже.
Личностные границы – это границы внутреннего дома – психологического пространства отдельного человека. В некоторых странах применение огнестрельного оружия хозяином, оправдано при проникновении чужих на его территорию. Как обычно расценивается, когда кто-то забирается в огород или в дом человека и начинает творить там, что ему заблагорассудиться? Заходить куда не звали, брать то, на что не давали разрешения, подглядывать и подслушивать, переделывать и переставлять что-либо. Естественно все это вызовет возмущение, так как для каждого ясно, что это насилие. Но когда человек пытается подавить другого, необоснованно придирается, пытается возвыситься за чужой счет, это уже не воспринимается так очевидно. Под предлогом заботы, полезных советов, стремления к справедливости и игры в жертву используются неадекватные, насильственные действия.
Человек обычно всегда ощущает, когда кто-то переходит его границы, это проявляется в виде внутреннего дискомфорта и неудобства. Но первое время он может успокаивать себя, тем, что возможно человек просто такой, и ему показалось. Но дальше все будет только хуже. Человек склонный к такого рода насилию вряд ли способен измениться. От таких людей нужно по возможности держаться подальше. Если же это невозможно, то не вовлекаться в навязываемую игру, иногда с умеренной иронией, иногда с равнодушием, реагируя на подобные действия. Нужно помнить, что такой человек сам испытывает внутренний дискомфорт, дисгармоничную потребность негативного воздействия и не понимание собственных внутренних противоречий, раз уж использует такой токсичный способ проявить себя.