Можно ли сравнить капитализм XIX века, с которым так яростно боролись революционеры, и нынешний капитализм, к которому мы вернулись почти три десятка лет назад?
Дореволюционный капитализм вырос естестенным путём из феодализма, поскольку при феодализме был и рынок, пусть не очень развитый, но он был, и была частная собственность. При естественном развитии среди капиталистов (купцов) было немало достойных созидающих предпринимателей. Они вывели Россию на четвёртое место в мире по объёму производства и на первое место по темпам промышленного развития. Перед Россией открывались великие перспективы...
Из социализма капитализм вырасти не может. Но социализм терпел крах на рубеже 1980–90-х годов. И произошла неизбежная приватизация государственной собственности, которая, к сожалению, оказалась в руках партхозактива и проныр с деньгами и связями в верхах. Они стали капиталистами, миллиардерами не потому, что с успехом созидали и заслужили свои миллиарды, а потому что прихватизировали госсобственность и до сих пор используют свои связи. Отсюда их малая эффективность (Владимир Лавров).
Сегодня мы не живём при капитализме. Тот строй, в котором мы обретаемся, даже, близко не соответствует капиталистическому обществу. Сегодня мы живём в коммунно-олигархическом, рабовладельческо-феодальном строе. 95% людей нашей страны не имеют законной частной собственности, а, следовательно, они не имеют прав человека, естественных прав.
Для существования капитализма необходимым условием является наличие частной собственности и законов её охраны. Как говорил Александр III: «Частная собственность священна и неприкосновенна. Кто этого не понимает, тот враг России». Наличие частной собственности предполагает право каждого человека на свободный труд. Сегодня люди лишены права на свободный труд, творческий, созидательный. Поэтому сегодня на нашей территории проживания капитализма, как общественного строя, нет и не может быть. Капитализм XIX и начала XX века в России интенсивно развивался весьма высокими темпами благодаря русской доминирующей составляющей. Свержение самодержавия и переворот в России устраивали международные финансово-торговые группы, в руках которых были сосредоточены банки, и их владельцы, захватившие мировую банковскую систему. Управление шло англосаксами, через английское посольство (Коншин-Рачинский Александр).
Нашему новейшему капитализму почти тридцать, и он обошёлся нам, как минимум, в 13 млн человеческих жизней. Это данные руководителя Высшей школы организации и управления здравоохранением Гузели Улумбековой. Она выступила с докладом на специальной сессии Московского экономического форума и наглядно, на графиках, показала результат работы «капиталистической медицины» в России. Капитализм — убивает. Американский публицист Джон Перкинс называет его «экономикой смерти».
У России есть одна слабость, которой умело пользуются недоброжелатели. Наш «думающий класс» лишён самобытности, он легко инфицируется чужими теориями, подпадая под их очарование. Результат — крах государства, ослабление народа, отпадение территорий. Теории могут быть разными – капитализм, марксизм, троцкизм, либерализм — результат всегда один и тот же. Т.е., мы не хозяева у себя дома, живём чужой волей. Хотя идеи того же Александра Чаянова могли бы повести нашу страну совершенно по другой дороге.
Нами давно уже управляет не внутренняя общественная мысль, а внешняя, заимствованная. Так было и перед революцией 1917 года (об этом много писал Михаил Меньшиков), и при советской власти, и уж, тем более, сейчас. Наличие отдельных светлых голов (у Валентина Катасонова, например, отличные труды про «хозяев денег») пока не изменили общую ситуацию.
Задача обретения самобытности, а, значит, самостоятельности — экономической, интеллектуальной, культурной – сегодня важнейшая для России. Просвета пока не видно, но мы всё равно будем работать (Лидия Сычева).
Книга "Мы всё ещё русские" здесь