Возможно мой рассказ подарит кому-то надежду. Надежду на то, что диагноз не приговор. Придаст силы, веры в себя и поможет увидеть свет в конце туннеля.
Итак. Началось всё в начале двух тысячных. Родители, ну и я с ними, жили в частном доме. Дом был свежей постройки, никаких коммуникации в нём не было, забор с воротами ещё не успели поменять.
Отец мой пошёл за водой на колонку, а по возвращению обнаружил, что калитка заперта. Позвонил в звонок, но в силу своего нетерпеливого характера, не стал ждать пока кто-то ему откроет и перелез через забор. Точнее он с него упал и сломал себе рёбра. Они конечно со временем зажили, однако на месте перелома образовался нарост. Который становился всё больше и больше. Мама никак не могла уговорить отца сходить к врачу. Он постоянно отшучивался, что мол ничего страшного — подумаешь хрящ какой-то вырос. Родственникам постоянно рассказывал историю своего падения и тыкал:— "Смотрите как у меня не правильно срослись кости".
Так прошло два года. Хрящ всё рос рос и вырос до размера папиного кулака. Мама не выдержала и чуть ли не насильно потащила его к доктору. После проведения всех необходимых медицинских манипуляций: рентген, мскт, биопсии и.т.д. Папе поставили вовсе не утешительный диагноз: саркома 4 стадии 9*10*13 см. с прорастанием в средостение. Неоперабельная. Даже чисто теоретически человек с такой дырой бы жить не смог.
Доктора городского онкодиспансера собрали консилиум и пришли к решению отказаться брать отца на лечение.
Тогда он записался на приём в другой онкодиспасер, поменьше. Тут его под своё крыло взял заведующий отделением, спасибо ему огромное за это! И началась череда химиотерапий, после неё радиологии.
Папа не сдавался и продолжал шутить, что родственники звонят узнать не помер ли ещё, но не дождетесь. Лечение было долгим, но болезнь отступила! Конечно уже не шло речи о возвращении на работу, дали инвалидность второй группы. Но он был жив! И чувствовал себя вполне не плохо. Когда к нему по старой памяти обращались за помощью друзья-знакомые, он никогда не отказывал. И они оставались довольны и папа помимо пенсии подзарабатывал денежку.
Онкология дала о себе знать через восемь лет после лечения. За это время не осталось в живых его ангела хранителя — заведующего, который его не оставил умирать. По року судьбы он умер от онкологии. Для отца наверное это тогда стало самым большим ударом. И хоть его и лечили по той же схеме которую для него расписал Владимир Николаевич, но уже не так легко отступала болячка. Всё чаще происходили рецидивы. Иногда мы думали, что это всё уже конец, но папа был настоящий борец. Он падал и снова вставал. Так было много раз на протяжении последних семи лет его жизни.
Как в местной поликлинике, так и онкодиспасере, отца знали все — от младшего персонала, до глав медучреждений. И знаете они им восхищались, все! Его стойкости духа, его сдержанности и самое главное его неуёмной жажды жизни.
В институте на Валеологии, старенький профессор рассказывал нам чудесные, необъяснимые истории выздоровления онкобольных. И я всегда в них верила, ведь мой пример чудес, был всегда рядом.
За свою жизнь отец воспитал двух детей, построил три дома — один для семьи и две дачи. Одна из дач была построена им в его последние годы жизни. И крылечко сделал маме в подарок на годовщину их свадьбы. Пятнадцать лет жизни, пятнадцать лет борьбы с онкологией последней стадии.
P.S. Папа ушёл из жизни, не дожив два месяца до своего семидесятилетия. Он прожил достойную, яркую жизнь. Он не верил в бога, магию и чудеса. Он верил лишь в себя и собственные силы. Но всё же думаю, что там сверху на него смотрела пара ласковых глаз и за его старания дарила ему каждый раз новый день жизни.