Я уже почти забыла, как это — ездить на метро, пить кофе в кафе, слушать в толпе других людей уличных музыкантов... С одной стороны, кажется, что мир уже не будет прежним, а с другой — на ум приходит столько простых радостей, на которых почему-то никогда не хватало нашего драгоценного внимания, часто исчисляемого временем и деньгами. Я не выдержала самоизоляции и уехала на целый день из дома. Не на дачу, а на другой конец Москвы, не на своей машине, а на МЦК и не в объятия уединения, а к двум подругам (объятий с которыми мы предусмотрительно избежали). За этот день мне открылось много нового.
ТАТЬЯНА ЦВЕТКОВА (МАЗЕПИНА)
Когда я вошла в лифт в доме, где живет подруга, то удивилась, что кнопки заржавели. «Неужели люди, которые здесь живут, настолько редко выходят из квартиры, что даже металл успел испортиться», — подумала я. Но подруга объяснила, что ржавчина образовалась от дезинфекции. Это оказалось первое из всего нового, что мне суждено было открыть в этот день.
Второе. Мою подругу уволили. Вы скажете, увольнять сейчас запрещено, — но это если вы оформлены официально. А если работодатель оформил вас так, чтобы не платить налоги, не делать отчисления в пенсионный фонд, не платить больничных и отпускных, то он в придачу ко всему может безнаказанно уволить вас во время пандемии, когда это запрещено законом. Но это не новость. Новостью оказалось то, что в это странное время мою подругу взяли на работу! Ее просто нанял знакомый, у которого своя мастерская по производству мозаики. Нет, подруга не художник и даже не мастер по маникюру, она педагог. Но ей дали самую простую работу: подбирать камушки по размеру и выкладывать фон. И зарплату выплатили уже после недели работы.
Третье. Я узнала, что свежие тополиные листочки пахнут очень вкусно и немножко терпко. Никогда раньше не замечала. Точнее, наверняка, запах слышала, но не знала, от чего он. А когда проходит дождь и смывает клейкую влагу с листвы тополей, этот аромат исходит прямо от земли.
Четвертое. Другая моя подруга умудрилась не только сходить на свидание во время карантина, но и рискнула поцеловаться на нем с парнем. Вот будет здорово, если их общение продолжится и после того, как подходить друг ко другу ближе, чем на полтора метра (а тем более целоваться!) перестанет быть «преступлением».
Пятое. По парку, где мы гуляли, разъезжала конная полиция — двое удалых парней на ухоженных жеребцах. Мы с опаской смотрели, как они приближались. Но полицейские ничего не сказали ни нам, ни других гуляющим. Может быть, они охраняли нас от кого-то. Ну да, разве что от коронавируса.
Шестое. В этот день, тем не менее, в России заболело 9600 человек. Это мне сказал папа, когда позвонил, увидев сторис, который я снимаю из окна МЦК. Получилось здорово. Сторис, не разговор с папой.
Седьмое. Я узнала, что мне стало мало весеннее пальто. Надо завязывать с домашним хлебом, булочками с корицей и куличами, которые я продолжаю печь, несмотря на то, что Пасха закончилась, но жизнь продолжается. Которой, по-моему, становится слишком много для моего элегантно-приталенного верхнего платья.
Восьмое. Узнала, что я все-таки хорошо выгляжу, потому что на меня внимательно смотрели работники метро. А может, просто им не на кого смотреть… Или удивлялись, куда это я собралась в разгар эпидемии. Или, может, заметили, что пальто действительно маловато.
Девятое. Муж совсем потерял способность заботиться о себе, потому что, когда он пошел встречать меня к метро, то надел мои носки. Вообще это симпатичные полосатые гольфы, только поэтому он их натянул на свой 44 размер.
Десятое. Я узнала, что жизнь действительно немного замерла. Пустые улицы и обмотанные лентой детские площадки наводят грусть. Но чувствуется, что ее (жизни) колесики все равно рано или поздно опять завертятся, несмотря ни на что. Несмотря ни на какую ржавчину, которой за это время покрылись.
Источник: http://www.taday.ru/text/2278021.html