Я имею в виду русскоязычных писателей. Про чуму, чёрную оспу, эпидемию, пандемию писали многие. Бокаччо. Дефо. Вильсон. Камю. А у нас - только двое. Первый - А. С. Пушкин. "Пир во время чумы". Это, кстати, интерпретация поэмы Вильсона "Город чумы", и при том одного лишь эпизода. Но - пушкинская интерпретация. А второй, то есть вторая - Людмила Петрушевская. Рассказ "Гигиена". А больше у нас по-русски особо никто про чуму или эпидемию не писал.
Но и этих двух достаточно. Они вдвоём описали все возможные реакции на непонятную, непредвиденную опасность. Типа коронавируса. У обоих преамбула - надвигается эпидемия. Предоставим им слово. Отдельно.
У Петрушевской - отец семейства Николай, пошёл грабить для добычи еды и убил женщину. Закрыл дочь в комнате, когда у неё появились симптомы. Потом жену. Потом её родителей. Потом сам умер. Выжила только дочь, спасавшая кошку. Это один человек. А вот другой.
У Пушкина Вальсингам, председатель пира, переживший смерть жены и матери, слагает гимн чуме. К нему приходит священник, и говорит про "Безбожный пир, безбожные безумцы!" Но однако. Вальсингам не идёт со священником, и слагает гимн чуме, и вот он:
Есть упоение в бою,
И бездны мрачной на краю,
И в разъярённом океане,
Средь грозных волн и бурной тьмы,
И в аравийском урагане,
И в дуновении Чумы.
Всё, всё, что гибелью грозит,
Для сердца смертного таит
Неизъяснимы наслажденья -
Бессмертья, может быть, залог!
И счастлив тот, кто средь волненья
Их обретать и ведать мог.
Либо ты идёшь навстречу смерти, навстречу Чуме, и разрешаешь себе жить, может быть, пару минут, при том, что Чума не обязательно тебя касается. И ты побеждаешь. Либо ты- герой рассказа Петрушевской Николай, который убивает женщину, которая так же, как ты, идёт грабить магазин.
А мне что кажется - русский язык повторяется. И смысл повторяется. Петрушевская дополнила Пушкина. Хорошо дополнила. В одном случае - "Восславим царствие чумы", в другом - "Николай спросил, сходила ли она (дочка) в туалет. Девочка с трудом отвечала, что да, сходила в трусы, и попросила попить".
Карл Густав Юнг говорил примерно следующее: "в человеке есть два начала - Божественное и козлиное. И от конкретного человека зависит, какое начало победит".