Уход от тренера, изменивший всё. Неправильный диагноз
Последний сезон на юниорском уровне тяжело было Полине. Не в плане результатов, а в плане психологии. Работать с Тутберидзе становилось всё труднее. В первую очередь сыграл свою роль переходный возраст , когда человеку всё чаще кажется, что к нему слишком сильно придираются и относятся без должного уважения.
Полина не раз просто убегала с тренировок, накануне важных стартов. Однажды на базе в Новогорске эмоции окончательно взяли верх, и она приняла решение уйти.
«Главной проблемой было то, что я очень любила своего тренера и не могла представить, как я подойду к ней и скажу «до свидания». Это было бы мучительно тяжело. Решила, что тут подойдёт метод пластыря – просто сорвать и всё». - говорила Полина.
Она ушла. Не сказав ни слова. Взяла вещи и уехала из Новогорска. В первый взрослый сезон уже вошла с новым тренером – Светланой Соколовской.
Несмотря на то что с Соколовской Полина поработала не так много времени, она ей благодарна и не винит тренера в травме, которую получила в свой первый взрослый сезон. Шелепень делала обычную дорожку после прыжка и упала. Такое случается сплошь и рядом.
Сначала врачи говорили про растяжение, потом про надрыв. Но разрешали кататься. В любом случае травма беспокоила Полину и не позволила ей сохранить место в сборной России. Поэтому она приняла решение выступать за Израиль, благо что паспорт у неё уже был.
В Израиле на медицинском обследовании выяснилось, что в России фигуристку лечили категорически неправильно. И поставили неприятный диагноз – разрыв связки. Местные врачи сказали, что при правильном диагнозе на начальном этапе всё ограничилось бы пропуском пары недель. Сейчас – операция и тяжелейшее восстановление. Почти четыре месяца Полина не могла ходить. Завершение карьеры в 19 лет выглядело страшным, но неминуемым решением.
Сейчас Шелепень работает тренером в одной из московских школ и делает первые успехи. В прошлом году один из её учеников сделал четверной прыжок. Полина обожает работать с детьми и признаётся, что, несмотря на все сложности во взаимоотношениях со своим первым тренером, именно её она воспринимает как пример для подражания.
«Мы похожи даже внешне. Я от природы кудрявая, как и Этери Георгиевна, и нас сравнивали, даже когда я была ребёнком. Но главное, что мне передалось от неё, – любовь к своему делу. Думаю, это одна из причин, почему у меня хорошо получается тренировать. Я очень люблю детей, очень люблю лёд, и моя работа в этом смысле – работа мечты.Сколько я помню Этери Георгиевну – неважно, насколько уставшей, с какими проблемами и в каком самочувствии она приходила на каток, на льду она всегда была в порядке. Это меня заряжало. Я хочу, чтобы мои спортсмены в работе видели меня такой же – полной сил и желания тренировать».-сказала Полина.