У мужа был день рождения. Изрядно употребив непроизносимое, пожарив шашлычка, включив радио мой папа-праздновал.
Он если начинает праздновать, то обратной дороги нет.
Знает, что давление, что здоровье не то, но всё-равно.
Музыку на полную- у меня праздник.
И так гуляет, пока есть силы.
А сил у него много.
Приходили все возможные соседи, с просьбой убрать музыку, он отказался.
Приходил охранник-его друг, с этой же просьбой. Он пал жертвой папиного косноязычия и стал невольным пленником непроизносимого.
Темнело. Показались звёзды.
Я уложила спать детей и мужа, смотрю в окно, папа всё еще "на посту".
Охранник покинул его, музыка не играла. Папа смотрел в небо, не двигаясь.
Начинаю сама готовиться ко сну, периодически смотрю, что бы папа никуда не убежал с участка.
Он зашёл в старый дом, достал свой бинокль.
Смотрит на звёзды.
Ладно. Хотя бы тишина.
Просыпаюсь я от следующих слов:
-Дочка, вставай, они вышли на контакт! Бери бумагу, ручку, у них послание, я сам не понимаю, пойдём!
Я решила, что это сон, но отец растолкал меня и вывел на улицу.
- Это азбука Морзе! - говорит- Записывай, длинный, длинный, короткий...
Визуально контакт был только с папой, поэтому проснувшись окончательно, я спросила:
- Как ты видишь свои сигналы?
- Вот, смотри сама!- протягивает мне бинокль.
До меня доходит, что трясущиеся руки папы, заставляют спутник подавать сигнал лично ему.
- Там нет ничего! Это спутник летит, он не мигает. Ты плохо держишь бинокль, у тебя руки трясутся.
- Да?
- Да.
- Точно?
- Поверь мне! И иди спать.
Мне пришлось ещё по -уговаривать его, но в итоге, улёгся.
На следующее утро, на крыше дома появилась "записка".
Папа снова взял бинокль.
Там был рисунок: один кружок зачёркнут, два кружка-галочка.
- Это послание,- заключил папа. - Просто одной тарелке нельзя садиться тут.