10.06.2020 • Владислав Гулевич, эксперт журнала «Международная жизнь»
Власти Камбоджи в очередной раз опровергли слухи о строительстве китайской военно-морской базы в Риеме. По словам премьер-министра Хун Сена, в случае согласия Пномпеня на доступ к военной инфраструктуре для иностранных кораблей, такое право получат корабли не только Китая, но и других держав.
Пекин – ключевой союзник Пномпеня в Азии и главный инвестор в камбоджийскую экономику. Объём китайской финансовой помощи превышает объём всех прочих стран, вместе взятых. Соединённые Штаты и Евросоюз не в состоянии дать камбоджийцам то, чем их обеспечивает Китай – современными дорогами, больницами, школами, гостиницами, жилыми домами и инвестициями в оборонный сектор (в 2018 г. Китай выделил на оборонные нужды Камбоджи $130 млн.).
Следование Камбоджи в фарватере политики Китая вполне объяснимо не только с экономической, но и с геополитической точки зрения. Камбоджа зажата между двумя более влиятельными государствами – Таиландом и Вьетнамом. Оба поддерживают тесные военно-политические контакты с США и демонстрируют стремление к сохранению стратегической независимости в рамках геополитической конкуренции Пекина и Вашингтона. Третий сосед Камбоджи – не столь влиятельный Лаос.
В таких обстоятельствах сотрудничество Пномпеня с весомой внешней силой – единственное средство усиления собственного положения в регионе. Стратегическое положение Камбоджи гораздо менее привлекательно по сравнению с Таиландом или Вьетнамом. Первый имеет выход к Андаманскому морю и располагает обширной береговой линией Сиамского залива; второй примыкает к Южно-Китайскому морю, имеющему ключевое значение для безопасности Китая.
Протяжённость береговой линии Камбоджи составляет 440 км. и не даёт доступа к Южно-Китайскому морю, но формально позволяет ограничить выход в Южно-Китайское море из Сиамского залива, снизить возможный стратегический эффект сотрудничества США, Вьетнама и Таиланда, а также самостоятельно действовать вдоль морского побережья Вьетнама и Таиланда.
В свою очередь Камбоджа для Пекина – удобная тыловая база для поддержки военно-морских операций в Южно-Китайском море и Малаккском проливе, а также «база подскока» для экономической экспансии в Азиатско-Тихоокеанском регионе через морские торговые маршруты.
Помимо всего, китайско-камбоджийское партнёрство имеет энергетическую составляющую. Через Малакку пролегает основной маршрут транспортировки нефти в Китай. К 2040 г.80% нефти, потребляемой Китаем, будет импортироваться из других стран. Для снижения зависимости от данного маршрута Пекин реализует такие проекты как нефте- и газопровод Мьянма – провинция Юннань, газопровод Туркмения – Китай и транспортный коридор Гвадар (Пакистан) – Синьцзян (Китай) для доставки углеводородов из Персидского залива.
Внешнеполитическую позицию камбоджийских властей можно определить как позицию «на перспективу». Для Таиланда Камбоджа интересна как буферное государство, отделяющее его от Вьетнама. Понимая неизбежность укрепления китайского влияния, Бангкок в последние годы также расширяет сотрудничество с Пекином, и при этом проводит нейтральную политику по отношению ко всем региональным государствам.
Для Таиланда стратегически важным и очень выгодным логистическим проектом был бы 135-километровый канал через перешеек Кра, который соединил бы Индийский и Тихий океан через Андаманское море и Сиамский залив. Но дипломатическое давление, оказываемое на Бангкок Вашингтоном, не позволяет пока таиландским властям приступить к непосредственной реализации проекта. Но при этом высока вероятность, что с сокращением американского влияния в регионе в будущем этот канал, всё-таки, появится.
Можно предположить, что в дальнейшем долевое присутствие Китая во внешней политике Таиланда будет увеличиваться. Камбоджа, опосредованно присоединяясь к этим отношениям, решает для себя одну из важных задач – снимает традиционное стратегическое напряжение у своих западных рубежей.
Дипломатическим эффектом китайско-камбоджийского партнёрства может стать и посредническая роль Пномпеня в поддержке инициатив Пекина в рамках АСЕАН при переговорах с третьими странами. На начало 2020 г. страны АСЕАН опередили страны ЕС по объёмам торговли с Китаем, выйдя на первое место.
Торговая война Вашингтона с Пекином заставляет китайцев искать более надёжных экономических партнёров в других частях света, и АСЕАН – один из них. Отказываться от открывающихся возможностей стать региональным игроком в грядущих геополитических и геоэкономических изменениях в Юго-Восточной Азии Пномпень, судя по всему, не намерен.
Мнение автора может не совпадать с позицией Редакции
Читайте другие материалы журнала "Международная жизнь" на нашем сайте.