Ася и Инна каждый раз с нетерпением ждали субботы, когда переступят порог родного дома, где любимая мамочка всегда встречала их натопленной баней и горячими пирожками. Они шли с автобусной остановки по деревне и замечали, кто починил забор, кто затопил баню, а кто хлеб печёт. Ароматный запах печённого хлеба подгонял девочек быстрее домой. Ася страстно любила пирожки с грибами. Разве могут сравниться интернатские булочки с маминой выпечкой. И хлеб она выпекает всегда вкуснее магазинного.
Инна несла в авоське мелкие постирушки: воротнички, манжетики и бантики. Проходя мимо дома родного дяди , они весело поздоровкались с бабушкой и понеслись дальше.
Бабушка Анисья сидела на крылечке и, проводив взглядов своих внучек, долго ещё размышляла о внуках и снохе. И каждый раз мысли о рано ушедшем любимом сыне сжимали её сердце неутихающей болью. Она никак не могла смириться с кончиной Фёдора. С его утратой будто потух свет в её оконце и мир окрасился в серые цвета. Она перестала радоваться жизни как раньше, и даже Инна и Ася, так похожие на Фёдора совсем не радовали её.
Стояла середина октября. Уже закончились полевые работы. И только зрелые пузатые кочаны капусты торчали на огородах, ожидая первых заморозков. Послеобеденное солнце не по –осеннему пригревало деревню. Большая корявая ветла, которая всегда встречала девочек у развилки дорог, ещё не сбросила свои продолговатые рыжие листья. На улице небольшими стаями ходили откормленные гуси. Уже проходя мимо своего колодца сёстры услышали лай любимого Орлика.
А во дворе хозяйничал Асин крёстный. Рядышком Даша старательно собирала метлой засохшие овечьи какашки на лопату. Они о чём –то негромко переговариваясь, наводили порядок в загоне для овец.
– Даша, а чего это вы тут делаете ? –нахмурилась Инна, кивая на крёстного.
– Видишь, убираемся, –загадочно улыбнулась Даша.
Егор отставив в сторону лопату, неспешно присел на пенёк для колки дров.
– Ну, что девочки, я теперь с вами буду жить. Маме тяжело одной с хозяйством. А вместе нам будет легче справляться.
Инна в ответ промолчала, только смерила недовольным взглядом крёстного. Как такое может быть. Какой – то чужой дядька пришёл к ним и хозяйничает, как у себя дома. Девочки, конечно, любили крёстного и считали его самым лучшим другом папы. Ведь без него не обходилось ни одно значимое событие в семье, будь то большая работа или семейный праздник. Но чтобы па –а –пу заменить! Это уж слишком!
– У меня всё готово. Давайте за стол, –сказала мама, стараясь сгладить неловкость.
За ужином чувствовалось напряжение. Инна ревностно следила, как мама подкладывает крестному окорочок, который раньше всегда предназначался папе. По обычаю куриные окорочка принято было давать мужчинам, а девочкам обычно доставались крылышки.
– Девочки, наверное, в городе соскучились по домашней курятинке, – заговорщически глянул Егор на Инну и переложил им на тарелки по аппетитному куриному окорочку.
Дядя Егор вёл себя так, будто имел право находиться в этом доме.
Инна порывалась наговорить гадостей крёстному, но застрявший ком в горле не давал ей промолвить ни слова. Убежать бы отсюда далеко - далеко, чтобы не видеть всего этого. Кое - как проглотив ужин, она выскользнула во двор и спрятавшись за сараем, дала волю слезам. В эту минуту она просто ненавидела маму. И Дашку предательницу тоже! Как они посмели! Увидел бы папа...
После бани по обыкновению дети собрались на кухне. Попивая чай с душистой матрёшкой и вкусными пирожками, они рассказывали маме, что интересного у них произошло в интернате за неделю. Инна сегодня отмалчивалась, зато говорунья Ася тараторила без умолку весь вечер. В интернате -то с её русским не особо поговоришь.
Слушая Асю крестный, просто удивлялся:"Но надо же! Такая забавная, так похожа на Фёдора! Самые простые истории превращает в маленькие забавные представления. В её рассказах взрослые и одноклассники получаются такими комичными. И себя она выставляет в смешном виде, не ноет, ни на что не жалуется,хотя ситуации не такие уж и забавные".
– Ох, и весело вы живёте там в своём интернате, – улыбаясь, сказал Егор.
– Очень весело! – скривилась Инна. – То шнурки у неё утянут, то ботинки подменят, а ты только бегай за ней, нянькайся.
– Ну, И –и –нна, ботинки же не ка –а –ждый день пропадают.
Егор по - доброму глядел на девочек и думал: "Какие они разные". Он понимал, что дети не сразу примут его с распростертыми объятиями и дал ситуации идти своим чередом.
Мама, провожая дочек на автобус, с трудом сдерживала слёзы, глядя на непримиримую и насупившуюся Инну. Она мысленно вела с ней нелёгкий разговор. Конечно, отца родного никто не заменит. Нелегко принять чужого человека. Ну а ей –то как выжить с четырьмя.
Елена отложила серьёзный разговор с дочкой на потом. Потом, когда утихнут деревенские страсти, когда всё уляжется и успокоится. Ещё неизвестно, как оно всё сложится.
Инна так и уехала из дома обиженная. Мама предала папу. Такого она ей не простит. Папа бывает только один и никто его не заменит. Инна ни за что не примет отчима.