Жили - были старик со старухой. Жили они у самого синего моря.
Оговоримся сразу – никакого отношения наши старики к персонажам классического произведения С.А.Пушкина не имеют – мало ли стариков на свете? Времена теперь просвещенные, технологически продвинутые, а потому вместо разбитого корыта имелась не дорогая, не новая, но вполне работоспособная стиральная машинка. Невода же не было вовсе. Даже удочек не было - старик рыбалку не любил. Старик любил рисовать. Рисовал он всегда одно и то же: восход над морем, ну или закат. Для того, чтобы рисовать восход вставать надо рано, старик так и делал. Это был своего рода ритуал: сначала он сидел на краю кровати и смотрел на старуху, потом осторожно гладил ее руку, поправлял одеяло и на цыпочках уходил на кухню – завтракать. Завтракал он тоже всегда одинаково: чашка кофе, бутерброд с сыром и яйцо всмятку. Сварить яйцо именно всмятку было большим искусством и старик даже немного гордился этим своим умением. Все рисовальные принадлежности хранились тут же, на кухне, в шкафчике, одежда – в прихожей, можно было идти, не беспокоя старуху, но он, все же, заглядывал в комнату. Обычно старуха уже не спала.
- Доброе утро, Ежик – негромко говорил старик – я пошел.
- Угу… Ты поел?.
- Да. Часа через два вернусь. Ты списочек составь.
После рисования старик ходил на рынок. Это была его обязанность, старуха же составляла список покупок.
Рисовать он ходил далеко – за мыс. Их домик стоял на краю поселка и неподалеку начиналась тропа, идущая по склону горы…
И наконец – восход! Этот момент старик предвкушал, как гурман предвкушает застолье. Изо дня в день встречал он рассвет, но каждый раз дыханье перехватывало и начать рисовать получалось не сразу. Положа руку на сердце, надо сказать, что рисовальщиком старик был неважным, но энтузиазма хватало – он хмурился, смешно высовывал кончик языка и периодически яростно ерошил редкие волосы кончиком кисти – но нет, на бумаге не возникало ничего, хоть отдаленно передающего восхитительную картину, что разворачивалась перед взором…
.Рука легла на плечо:
- Ну что, художник, мучаешься? Опять зонт не взял, обгоришь ведь, вон нос совсем облез.
- Привет, Ежик – старик потерся щекой о руку – а сколько времени?
- Скоро восемь.
- Да, все, пора, заканчиваю.
Старик последний раз, с сожалением, смотрит на свое творение и начинает собираться…
День проходил в хлопотах о хлебе насущном - времена, конечно, были просвещенные, и старикам какой – никакой пенсион был положен, но отнюдь не изобильный. Они даже пускали на постой отдыхающих за небольшую плату. Иногда. И не всех. Пускали только молодые, влюбленные пары, это старуха замечательно умела определять, ну, что действительно –влюбленные…
Вечером шли гулять. Вдвоем. Они гуляли взявшись за руки и немного стеснялись этого, потому опять уходили далеко, все по той же тропинке…
Перед сном старик целовал старуху сухими губами.
- Хороший был день, Ежик?
- Да, отличный.
- Ну, спокойной ночи.
- Угу…
Можно, конечно, спорить, а по мне, так это и есть счастье…