Саруман Белый, он же майя Курумо, он же Курунир Лан (это его имя на синдарине, одном из эльфийских языков), он же Шарку (прозвище на чёрном наречии, данное ему его урук-хаями, в буквальном переводе — «старик»). Самый мудрый и могущественный из всех истари, то есть магов, посланных из Валинора для помощи народам Средиземья. Глава Белого совета, объединяющего тех, кто противостоял могуществу Саурона. Таким он был около двух тысяч лет, но в 2953 году Третьей Эпохи кое-что изменилось.
Саруман объявил крепость Изенгард, в которой ему разрешили поселиться наместники Гондора, своей собственностью. Вырубил леса в окрестностях и развернул военное производство. Вывел новую породу орков, не боящихся солнечного света, и собрал их в огромную армию. Договорился с дунландцами о стратегическом союзе против Рохана. Создал собственное кольцо и назвал себя уже не Белым, а Радужным магом. Стремился завладеть Кольцом Всевластья. Обманом заточил в Ортханке Гэндальфа Серого. Отправил свои армии воевать с Роханом, оккупировал Шир.
Что же случилось с бывшим главой всех светлых сил? В беседе с Гэндальфом Саруман утверждал, что противостоять мощи Саурона, владыки тьмы, невозможно. Из этого Гэндальф, знавший, что Саруман пользовался палантиром, чтобы проникнуть в замыслы Саурона, сделал вывод о том, что тёмный владыка обманул и подчинил разум великого мага. Это вполне возможно, и ранее подобное уже происходило. Поскольку Саурон мог контролировать то, что показывали палантиры, он искусно создавал у смотревших в них впечатление безнадёжности сопротивления. Но в данном случае такого объяснения явно недостаточно.
Саруман действовал исключительно в собственных интересах, усиливая лишь собственную мощь. Он не пригласил в свою крепость мордорских орков, а вывел собственных, преданных лично ему. Урук-хаи Сарумана мордорскую породу орков не любили и презирали. Подчиняться командирам, поставленным над ними Сауроном, они бы не стали. Саруман создал собственное Кольцо, заведомо не включённое в систему Колец, контролируемых Единым. Если бы он действительно преданно служил Саурону, то чтобы заслужить милость своего нового властелина, мог бы попытаться завладеть одним из эльфийских колец. Ведь отдал же Кирдан Корабел своё кольцо Гэндальфу, то есть это было в принципе возможно.
Во всём остальном Саруман также действовал вполне самостоятельно. Он не получил военную помощь из Мордора, а развернул собственное массовое производство доспехов и оружия. Кольцо Всевластья он хотел забрать себе, поэтому отправлял лазутчиков в Шир, а также послал отряд своих урук-хаев в погоню за хоббитами. Завладев Единым Кольцом, находясь в неприступной крепости и имея под началом десятки тысяч урук-хаев, которые были сильнее и дисциплинированнее, чем мордорские орки, Саруман мог бы противостоять даже Саурону.
На это можно возразить, что войска Сарумана отправились на войну против Рохана именно тогда, когда Саурон выступил против Запада. То есть Саруман координировал свои действия с Мордором, помогая ему и блокируя самую боеспособную конницу светлых сил. Так и было. Но ведь и тут Саруман преследовал собственные цели. Роханские всадники угрожали его планам, они могли уничтожить его армию, что в итоге и произошло. Кроме того, Саруману было нужно собственное государство. Ресурсов одного только Изенгарда было бы недостаточно для продолжительной войны. Новую страну со столицей в Изенгарде можно было выкроить лишь из роханских земель.
Можно сказать, что Саруман разочаровался в светлых силах Арды, либо был абсолютно уверен, что они не смогут противостоять надвигающейся с востока тьме. Но, создав у Саурона видимость союза с ним, на самом деле он планировал стать третьей стороной в этом извечном конфликте. Потому и назвал себя Радужным, а не Тёмным магом. Но при этом ему пришлось не только помогать Саурону, но и использовать его методы. Например, вывести урук-хаев, ведь на преданность людей он не мог полагаться. Гэндальф справедливо заметил, что рано или поздно Саруман попал бы в полное подчинение к Саурону. Поэтому попытка Сарумана была изначально обречена на провал.