— Сперматозоид мира, — сказал щуплый маг, — очень ценный артефакт. Если мы не успеем доставить его к горе Жизни вовремя, случится страшная катастрофа!
Он бережно погладил светящийся шар с хвостиком. Громила Шпат, которого вместе с сестрой-лучницей он нанял для охраны в этом опасном путешествии, вытаращился на шар.
— И им нельзя играть в бильярд, как это делали в гавани вы и капитан этого пиратского суденышка! — маг сверкнул глазами. Попутчиков он выбрал не самых надежных. — Еще кальмаролюды! Ума не приложу, чего они за нами увязались! — маг уставился на темные силуэты под водой. Целая стая следовала за ними уже третий день.
— Это Кирка подкармливает их рыбой и яблоками, — Шпат кивнул на сестру, которую все плавание мучила морская болезнь.
— Потому что это важно, — пробормотала Кирка и снова согнулась пополам, на этот раз вхолостую. — Любовь и доброта! Есть водичка?
— Да полно! — заржал Шпат, широко махнул, показывая на море — и случайно выбил Сперматозоид из рук мага.
— Куда-а?! — маг перегнулся за борт — артефакт тихо плюхнул и светящейся точкой пошел ко дну.
Крита тоже перегнулась, чтобы посмотреть. В этот момент ей снова подурнело, она пошатнулась — и с криком полетела вниз.
— Куда-а! — заорал Шпат и прыгнул вслед за сестрой.
Щуплый маг бегал по палубе и рвал на себе волосы. Конец! Как пить дать конец! И кретинам, потопившим артефакт, и миру — всему конец!
Он вырвал большой клок просоленной морским ветром бороды и хотел уже сам прыгнуть за борт от безысходности, когда вода забурлила, заплескалась — и на поверхность всплыли десятки кальмаролюдов.
— Уруру! — заголосили они, и в плотном кольце скользких тел маг разглядел промокших насквозь брата и сестру.
В руке Шпата помахивал хвостиком Сперматозоид мира.
— Любовь и доброта! — кричала Кирка, а кальмаролюды с обожанием урурукали.