(Если вы подумали, что речь пойдет о политике, то здорово обломались. Потому что пост о литературе)
Мне нравится «Властелин колец» - и роман, и фильм. Считаю эту трилогию хоть и не шедевром, но великим произведением. Правда, изучать разные фанфики, сходить с ума по истории Средиземья или бегать ряженой по лесам все равно не буду, но отдаю Толкиену должное.
Так вот, я никогда не могла понять, почему мое восхищение «Властелином» с такой…. Прохладцей, что ли… При всем величии что-то меня постоянно смущало, и не отпускало чувство какой-то несостыковки. И наконец дошло: Саурон меня смущает! Из него какой-то недоделанный возмутитель спокойствия получился.
Знаю я, что там вся история еще в «Сильмариллионе» начинается. Но сами рассудите: для чего Саурону желать завоевывать целый материк (Средиземье я представляю как материк и, кажется, это правильно)?
Дело в том, что у каждого желания или запроса должна быть некая первопричина или потребность, хорошая или плохая, потому что он, запрос то есть, никогда не появляется на голом месте. А меня никак не отпускала мысль: для чего Саурону завоевывать целый мир? Я понимаю, если бы он хотел, чтобы все бабы Средиземья были у его ног или вино лилось рекой — еще куда ни шло. Сокровища, опять же, в сундуках чтоб были, пусть даже просто так, на почве хронической жадности… Так ведь нет у этого злодея никаких стяжательских замашек!
Или возьмем нематериальные потребности. Допустим, Саурон хотел бы завоевать мир, чтобы сделать его лучше, пусть даже с его, сауроновой точки зрения. Так и это не вариант. Потому что он планировал уничтожить все расы и населить освобожденные земли орками и троллями. Так себе перспектива даже для Саурона, поскольку орды уродливых имбецилов вряд ли могут польстить великому злодею. Кроме того, сам Толкиен писал о Сауроне как о любителе порядка. А я не уверена, что орки и тролли способствуют перфекционизму и дисциплине. Это же совершенно иной коленкор!
И вот это отсутствие каких-то логичных потребностей, влекущих за собой жажду власти над миром, и охлаждают симпатию ко всему замечательному миру Средиземья. Жаль,не все Толкиен предусмотрел. Эх…
