Англичанка гадит
Как вы помните, Франция докатилась-таки до убийства короля, а вот счастья ей от этого не было никакого.
Члены Национального конвента чувствовали, что у народа заканчивается терпение, а потому решили найти нового врага государства. Тем более, что, по сути, отсутствие продвижения в принятии той же конституции объяснялось тем, что вместо короля якорем на шее у революционеров стали лоялисты, объединившиеся в жирондистский клуб.
Так что, Жан-Поль Марат, президентствующий в тот период времени в радикальном якобинском клубе, взял в руки иголку и белые нитки, да начал шить на жирондистов дело.
5 апреля клуб якобинцев под председательством Марата направил циркулярное письмо своим филиалам в провинциях, приглашая их потребовать отзыва тех депутатов собрания (фр. appelants), которые голосовали за предложение о референдуме по судьбе короля — «преступные делегаты ткут нити заговора, направляемого английским королём и кликой деспотов, желающих нас задушить»
Спасибо, Вики-тян. Однако, жирондисты тоже оказались не пальцем деланы, и выдвинули ответочку, да ещё и лично против Марата.
Там столпился у ворот... этот, как его... народ!
В общем, как вы поняли, взаимные обвиняшки не привели ни к чему. Однако жирондисты икнули от того, сколь легко Жан-Поль Марат отмахнулся от обвинений. Слишком легко. Жирондисты почувствовали в нём угрозу: в конце концов, президент якобинцев был для санкюлотов (а, значит, и народа) чем-то близким к идолу. Неприкосновенным и святым.
Жирондисты понимали, что ждать нельзя, и нанесли новый, упреждающий удар по Парижской коммуне, в которой было много людей, поддерживающих якобинцев деньгами.
В своём ответе на памфлет «История бриссотинцев» (фр. Histoire des Brissotins), опубликованный Камиллом Демуленом и зачитанный в клубе якобинцев 17 мая, Гаде в Конвенте осудил власти Парижской коммуны, охарактеризовав их как «власти, посвящённые анархии, жадные до денег и политического доминирования» — его предложение было в их немедленной чистке.
Иронично это... лоялисты, ещё недавно сами боявшиеся чисток, сами призывают к чистке...
Впрочем, у них был хороший учитель. Не мытьём, так катанием ребята добились формирования специальной комиссии по расследованию деятельности Парижской коммуны, и по счастливой случайности все 12 человек были жирондистами.
Эскалация конфликта
Ну и что бы вы думали?
Выслушайте,что я скажу вам. Франция учредила в Париже центральное народное представительство; необходимо, чтобы Париж уважал его. Если когда-нибудь Конвент будет уничтожен, если когда-нибудь одно из тех волнений, которые беспрерывно продолжаются начиная с 10 марта... Если во время одного из этих непрекращающихся волнений будет совершено покушение на народных представителей, то, объявляю вам от имени всей Франции... Да, объявляю вам от имени всей Франции — Париж будет уничтожен! Париж будет разрушен, и вскоре люди будут искать на берегах Сены, чтобы выяснить, существовал ли Париж когда-либо.
Вы думаете это речь кого-нибудь из радикальных революционеров? Нет-нет-нет. Эти слова принадлежат Оноре-Максимену Инару... жирондисту. И сказаны они были в ответ на требование освободить арестованных во время упомянутой выше чистки.
Ясное дело, что ровно на следующий день Робеспьер призвал клуб якобинцев к восстанию. Было у него на счёт всего произошедшего своё непопулярное мнение.