Этот день считали своим праздником колодезники — мастера, специализирующиеся на строительстве колодцев. С вечера на Федора (Феодора) они клали сковороды на места, предназначенные для колодцев, а на другое утро по тому, насколько сковорода запотела, делали выводы: есть под землей вода или лучше копать колодец в другом месте. Часто место для колодца определяли по утреннему туману: где он на заре ложится, там и нужно рыть.
Колодезную воду на Руси всегда наделяли целебными свойствами. В некоторых местах она пользовалась почти таким же почетом, как и святая. По поверью, вода, взятая из семи разных колодцев, обладает целебными свойствами. Особенно полезна она при цинге: ею обмывают заслонку из печи, на заслонку ставят больного и обливают той же водой.
С утра крестьяне выходили на луга, чтобы узнать о будущем урожае. Существовало даже специальное понятие — «стратилатовы росы», которые почитались за вещие. Если роса на Федора была обильной, это обещало хороший урожай льна и конопли.
С Федорова дня начиналась «навозница» — так называли время, когда вывозили навоз в поле. В этой работе, которая прежде, кстати, не считалась ни «черной», ни «грязной», принимала участие вся семья. Мужчины грузили навоз на телеги, дети были повозчиками, а женщины и молодежь сваливали навоз на поля и равномерно распределяли его по почве. Старики же готовили на всех обед, который непременно должен был состоять из 12 блюд — «чтобы каждый месяц был сытый».
К навозу на Руси относились с уважением, понимая необходимость удобрять землю. О нем существовало множество поговорок: «Коню — овес, а земле — навоз»; «Где лишняя навоза колышка, там лишняя хлеба коврижка»»; «Навоз отвезем, так и хлеб привезем»; «Отдавай земле долг — будет толк».
В этот день нередко случались грозы: «Федор Стратилат грозами богат». Это не было хорошей приметой: гром и молния на Федора предвещали худую уборку сена. А очень громкие раскаты грома свидетельствовали о том, что ненастье продлится долго.
Именины в этот день:
Василий, Ефрем, Константин, Павел, Федор