363-362 гг. до н.э. Римская Республика
В 363 г. до н.э. для окончания мора, терзавшего Рим почти два года было принято решение избрать диктатора для процедуры забивания гвоздя.
По поверьям Рима, если диктатор забьет гвоздь в храме Юпитера Всеблагого Величайшего, то мор надолго оставит город. В диктаторы был избран Луций Манлий Империоз, начальником конницы был избран Луций Пинарий.
В сентябрьские иды Луций Манлий вбил гвоздь согласно старинному ритуалу. Однако, вместо того, чтобы добровольно уйти со своего поста после проведения ритуала по вбиванию гвоздя, как это предполагалось, Луций Манлий оставил пост диктатора за собой и, более, того, провоцируя войну с герниками, объявил набор молодежи в армию – это при всеобщем недоедании. Кроме того, набор проводился самыми беспощадными методами.
Вопреки всем обычаям и законам Рима тех, кто при наборе не откликался на свое имя, наказывали не только пеней, как полагалось, но и телесной расправой: секли розгами или отводили в темницу, чем позорили свободного гражданина. Это вызвало столь сильное всеобщее возмущение, что все народные трибуны объединились и потребовали от Луция Манлия сложить с себя диктаторские полномочия.
Луцию Манлию пришлось подчиниться.
С наступлением нового года (362 г. до н.э.), когда обязанности консулов приняли на себя Квинт Сервилий Агала и Луций Генуций, народный трибун Марк Помпоний возбудил против бывшего диктатора дело, обвинив Луция Манлия Империоза в жестоком обращении с собственным сыном Титом.
Тит родился хилым и слабым. К тому же он был косноязычен. Это все вызывало возмущение у его отца. И вместо того, чтобы помочь сыну преодолеть недостатки, отец загнал сына еще ребенком в деревню, где от рассвета до зари заставлял заниматься мужицким трудом со скотским содержанием. Тит вырос, но по прежнему был лишен общения со сверстниками, не получал какого-либо воспитания знатного лица, а работал, как на каторге, точно он был не свободный римлянин, а жестоко эксплуатируемый раб.
Марк Помпоний, который случайно узнал об этом, прислал повестку Луцию Манлию с вызовом его в суд для наказания за подобное обращение с собственным сыном. Весть об этом быстро разошлась по городу. А так как, после последнего призыва в армию и провоцирования войны с герниками, изголодавшиеся римляне люто ненавидели бывшего диктатора, инициатива Марка Помпоиня вызвала всеобщее одобрение.
Что же делает Тит, когда узнал о том, что его отца вызывают в суд из-за него?
Он берет кинжал, рано утром приходит в Рим, к дому Марка Помпония, и просит, чтобы тот принял его. Услышав имя Тита Манлия, его немедленно проводят к народному трибуну. В комнате Марка Помпония Тит объявляет, что ему надо поговорить с народным трибуном наедине.
Затем Тит достает кинжал, приставляет его к горлу Марка Помпония и требует, чтобы тот дал клятву, что оставит его отца в покое и более никогда его ни в чем не обвинять, а иначе умрет. Перепуганный народный трибун дает необходимую клятву и Тит покидает дом Марка Помпония.
Весть об этом облетела Рим в тот же день. И хотя некоторые должностные лица и сенаторы были возмущены поступком юноши, подавляющее большинство римлян было восхищено действиями Тита Ливия. И не просто восхищены. На последовавших вскоре выборах военных трибунов Тит Манлий попал в число шести избранных. И не просто попал, а был вторым в списке, опередив ряд профессиональных и опытных военных.
Как отнесся к поступку сына его отец, источник умалчивает.
Впрочем, надо заметить, что, став военным трибуном, Тит Манлий фактически вышел из под опеки отца.
Смотри также: Социальные лифты в Древней Персии
Фото и иллюстрации взяты из открытых источников и принадлежат их авторам