Альбина тяжело вздохнула и вытерла пот со лба тыльной стороной ладони. Жара на улице стояла нестерпимая и она, нагруженная дорожными сумками и свёртками, проведя целых три часа в тесном стареньком автобусе, успела хорошенько прожариться ещё до того, как добралась до открытой местности.
Над облупленной остановкой большими ржавыми буквами было обозначено что-то неразборчивое, и она, щурясь от солнца и пытаясь понять, куда ей двигаться дальше, тихо и едко прошептала себе под нос:
— Ну здравствуй, село Сосновое, вот я и добралась.
И направилась давно позабытой дорогой прямиком к дому, в котором вырос её муж, и в котором теперь одна одинёшенька проживала его пожилая мать. Встреча с ней обещала быть яркой.
Альбина выросла в городе. В детстве её не возили в деревню, она никогда не видела этого одноэтажного и бурного мира, не работала в поле и на огороде. Но посчастливилось ей встретить однажды Артёма – простого работягу, покинувшего с совершеннолетием родное село Сосновое и перебравшегося в шумный город. Они поженились там же, в городском ЗАГСе, и в родные места Артём привёз её только один раз, когда решил познакомить уже жену со своей мамой.
Маме Альбина не понравилась сразу. Ещё до женитьбы, когда они втроём разговаривали по телефону, и когда Артём посылал ей письма с фотографиями, Виктория Сергеевна не хотела идти на компромиссы и признавать Альбину своей невесткой.
— Она же тощая совсем, — говорила эта маленькая округлая женщина, разглядывая фотографии девушки своего сына. — И не работящая. Дай ей работу – переломится пополам. Не чета она тебе.
— Мама, я люблю её, и хочу на ней жениться! — отвечал Артём ей.
Альбине, конечно, больно было это всё выслушивать. Виктория Сергеевна так и не появилась на их свадьбе. Она считала, что именно Альбина удерживает её сына в городе, не давая вернуться домой. И с тех пор они лишь изредка звонили ей по праздникам и по выходным. Да один раз заезжали в гости проездом, но отношения наладить не удалось.
— Пойди прополи хоть грядки, — дала ей задание Виктория Сергеевна, стоило им только умыться и пообедать. — А то никакой пользы от таких гостей!
Альбина и пошла. И работала аккуратно, в своё удовольствие. Разумеется. Свекровь и здесь осталась недовольна.
— Ленишься всё, бездельничаешь. Да любой ребёнок работу доделает быстрее тебя!
Стоит ли говорить, что свекровь недолюбливала Альбину, и девушка отвечала взаимностью. Поэтому, когда в их квартире поднялся страшный вопрос, Альбина всеми силами постаралась воспротивиться воле мужа.
— Мама заболела, — сказал однажды Артём. — Не так серьёзно, но на восстановление потребуется время. А у неё хозяйство, самый сезон сейчас, пропадёт одна.
— Собираешься ехать? — спросила она, и готова уже была его отпустить.
— Я не могу, у меня работа. — грустно сказал он. — Повышение маячит, да и за машину нужно кредит выплатить. Альбин, давай ты поедешь?
— Нет, — твёрдо сказала она. — Твоя мама меня не любит, да и толку от меня там нет.
— Солнышко, ну пожалуйста! Это же ненадолго. А если и затянется всё, то в Сосновом школа есть, устроишься учителем временно. Да и маме приятно будет, что невестка заботится о ней.
Долго в тот вечер вёлся спор, и под утро Альбина, уже уставшая, была согласна на всё. Спешно собрала вещи, предупредила родных о своём временном отсутствии и купила билет на автобус. Ей было немного не по себе оттого, что придётся минимум два месяца находиться под одной крышей с человеком, которому она неприятна, однако семейный долг был превыше всего.
У ворот её уже поджидали. Виктория Сергеевна, бледная, и едва стоявшая на ногах, скривилась при виде неё, и указала на лопату, воткнутую в землю возле забора.
— Оставишь вещи и приступай, — сказала она со злорадством вместо приветствий. — Совсем разрослись сорняки, как будто бы и забора уже не видно вовсе.
Альбина в который раз тяжело вздохнула. Ну здравствуй, дорогая свекровь.
Продолжение истории можно найти здесь.