Октябрьское солнце уже не пекло, но всё еще приятно согревало. Листва на деревьях даже не думала желтеть или опадать. Они шли по набережной Рима. Вода была настолько матовая, что почти потеряла способность к отражению. Надя уже посещала вечный город один раз, но никак не могла вспомнить, какого цвета тогда был Тибр.
Девушка повернулась к Гансу. Европеец фотографировал реку. Ганс долго прицеливался, чтобы сделать один удачный кадр. Надя обожала композицию его снимков.
«Эта вода какая-то необыкновенная, - воскликнула Надя, - цвета необработанного изумруда».
Надя торжественно объявила Гансу, что они стояли у самой древней части Рима. Тибр был здесь до развалин, которые они вместе увидели, и которые еще не раскопали археологи. До рождения основателей Ромула и Рема, вскормленных волчицей у этих берегов.
Ганс не знал этот миф, мало что помнил из школьной программы. Европеец не переставал восхищаться познаниями русской, но и не чувствовал себя глупым с ней. Девушка верила, что у любви два этапа. Не каждый простит превосходство над собой, поэтому сначала приходит любовь за достоинства и за превосходства. А потом принять и полюбить за недостатки и слабости, которые никуда не денутся, даже если работать над ними всю жизнь.
«Тебе не страшно было начинать отношения с русской?» - перевела разговор Надя на волнующую тему. Ганс сделал официальное предложение стать его девушкой по whatsapp, спустя год знакомства в Португалии и недавнего свидания на Сицилии. Ей нравился Ганс, поэтому она согласилась, но между ними было пара тысяч километров.
«Конечно было страшно, но я люблю риск», - сказал в шутку Ганс.
«Если судить по нашему телевидению, нас недолюбливает весь мир», - поделилась Надя. Ганс обнял свою девушку, он не может отвечать за весь мир, но теперь обожает русских и еще больше мечтает приехать в Россию.
Но в начале было тревожно, вспомнились истории знакомых про русских девушек, которые влюбляли в себя европейцев и залетали со страшной скоростью.
«Русские женщины обладают многими удивительными способностями, - согласилась, -но даже они сами не могут зачать себе ребенка».
«Они беременеют по мужской глупости, разве нет?» - подытожила Надя. «А теперь всех русских обвиняют. Не демократично и не по-европейски.» - кольнула девушка европейца. Ганс закачал головой в знак согласия.
«Я долго думал об отношениях с тобой, – сказал европеец, - русские очень красивые, я всегда думал, что им нужны только деньги». Надя слушала, ожидая продолжение. «Я переживал, но потом увидел тебя на Сицилии, как ты с любопытством смотрела в окно автомобиля, как ты всему радовалась и излучала счастье, как ты много всего знала и рассказывала. И решил к черту все, не хочу потом сожалеть, что эти отношения не случились», - закончил Ганс.
«Мой отважный европеец», - смеясь Надя притянула Ганса к себе и поцеловала. А с расстоянием они как-нибудь справятся.