Почему популярными на телеэкране стали сериалы о медицинских работниках
Предел возможностей телевидения в демонстрации слабостей и соблазнов, сопровождающих человеческую жизнь, кажется, не знает границ. Про мир, где царят преступления и криминал, я и вовсе молчу. Иначе придется потратить весь объем статьи на перечислении той сериальной продукции отечественного розлива, где без стрельбы, драки или погони не обходится не один сюжетный отрывок от одного рекламного блока до другого. И понятно, что публику, сидящую дома у некогда голубых экранов, уже ничем нее удивишь. Здесь-то и вступает в свои права медицинская экзотика. Что объясняет популярность сериалов и фильмов про докторов и врачей.
Каждый из желающих может вспомнить собственные примеры. Символичной для меня является реинкарнация артиста Максима Аверина, который после грандиозного успеха в сериале «Глухарь» стал хирургом в сериале «Склифософский». И, надо сказать, что подобный переход из одной высшей сюжетной лиги в другую был удачным. Обаяние актера осталось при нем, а вот обстоятельства, в которых оно проявляется существенно изменились. И если раньше его герой боролся с теми, кто закон нарушает, защищая тех, кто закон соблюдает. То, став «доктором», ему приходится бороться, в первую очередь, с природой и обстоятельствами, а уже, во вторую очередь, с людьми.
Все это мне пришло в голову, когда на экранах начался премьерный показ нового сериала из медицинской жизни со вполне «дамским» названием «Тест на беременность». Его режиссеры – Михаил Вайнберг и Владимир Шевельков, тем не менее, проявили вполне жесткую, мужскую волю, раскрыв нам все, или почти все тайны современного акушерства и гинекологии. Порою складывалось устойчивое ощущение, что они экранизируют в жанровых рамках традиционной профессионально-бытовой мелодрамы страницу за страницей справочника про патологии, которые возникают в период беременности и процесса родовспоможения.
Как говорилось в одном советском фильме, «нервных просят не смотреть». Картины работы современных акушеров – не для тех, у кого слабые нервы. Запредельный, на грани фола, натурализм деталей и профессиональных разговоров, поначалу просто отталкивал от сериала. Но запретный плод сладок, а потому, преодолевая смущение и чувство стыда, зрители тянулись к экранам, на котором доктор Бахметьева (Светлана Иванова) в который раз отчаянно спасала и рожениц и их появляющихся на свет божий чад. Странное дело, но к финалу, все медицинские подробности (вроде отслойки плаценты или изъятия последа) уже не казались какими натуралистичными. Видимо, опыт смотрения зарубежных медсериалов вроде «Скорой помощи» и «Доктора Хауса» не прошел зря.
Есть, конечно, и упреки в адрес подобной отечественной сериальной продукции по части названий, которые явно направляют внимание аудитории не в ту сторону. Ведь нынешний «Тест на беременность» при наборе этих слов в Сети вызывал появление целого каскада сносок на те сайты, где можно было пройти РЕАЛЬНЫЙ тест на беременность. Впрочем, если вспомнить первое рабочее название сериала, то и оно выглядит вполне медицинским – «Профессия – акушер». Понимаю, что уроки доктора Малышевой не прошли зря для отечественного телевидения, но надо все-таки щадить моральное состояние аудитории. Кроме того, заметим, что иные подробности анамнеза будущих рожениц, связанные с интимной жизнью, звучащие в сериале «Тест на беременность», вовсе не предназначены для детских ушей. А показ сериала начинался тогда, когда многие детки еще и не думали спать.
А для взрослых этот сериал оказался в самый раз. И потому что в нем показана быть может излишне драматизированная, но реальная действительность того, как врачи борются за будущую жизнь. И потому что при этом они сами остаются не сюжетными функциями в экранном действе, а вполне живыми людьми со своими слабостями и радостями, горестями и заботами, состраданием и заботой. Акущер – он, ведь, тоже человек.
Сергей Ильченко
Профессор, доктор филологических наук, кандидат искусствоведения
https://jf.spbu.ru