Главу IV можно прочитать здесь
Длился тот Выброс три дня.
Люди провели без сознания в защищенном и экранированном бункере ученых полтора дня. Что случилось с теми, кто не сумел найти укрытия и попал под выброс на открытой территории, сначала даже не хотели предполагать. Почти все мобильные группы ученых работали в поле. Сахаров потерял своих лучших ассистентов.
Позже выяснилось, что все, кто попал под этот выброс, стали зомби. Трупы ученых обнаружить не получилось. Гранит и его люди принимали участие в спасательных операциях.
Сразу же после выброса, как только восстановилась связь, командование отдало приказ группе военных сталкеров всячески помочь ученым. Отправка Кобальта на Большую землю затягивалась, но он об это не горевал. Было страшно, но он знал свою роль в группе.
Сахаров определил координаты всех мобильных групп. У ученых дисциплина на высоком уровне. Работы внесены в план. В нем же отмечены и координаты.
- Специально, - вздохнул Сахаров, - на такой вот случай. Надеялись, что излишняя осторожность.
- Осторожность излишней не бывает, - ответил Гранит.
Он не любил бюрократическую волокиту с документами, поэтому работал в Зоне, а не в штабе.
- Документы должны вестись, - всегда говорил он группе на занятиях. - Но, когда документ ведется ради дения документа, чтобы проверяющие находили в них ошибки, это по-моему бред.
Значительно позже Кобальт понял, как мягко говорил капитан.
Полученные координаты группа проверила достаточно быстро. Ученые работали недалеко от лаборатории. Нашли разбитые, покореженные приборы и инструменты. Вся электронная начинка либо выгорела, либо взорвалась. Никакую полезную информацию из электроники не вытащили. Трупов впрочем тоже не нашли. Ни следов, ни тел, ни мутантов.
Отстрелили четырех снорков. Видимо, им тоже мозги выбросом пропекло. Все четверо были в одном месте и что-то выясняли между собой. Сцепились, словно, каждый видел в другом живого человека.
- Странное что-то происходит, - сказал тогда Базальт - гранатометчик группы и специалист по мутантам. - Это невозможно.
В прошлом он был вольным сталкером. Гранит вытащил его из какой-то заварушки, подделал документы, и сталкер без прошлого превратился в кадрового военного.
Принесли Сахарову остатки оборудования, тела снорков и весть о том, что людей не нашли.
- Как будто сквозь землю провалились, - закончил доклад гранит.
Сахаров что-то рисовал на карте. Потом вдруг обратился к Базальту:
- Молодой человек, что вы сказали про снорков?
- Это невозможно, - ответил Базальт.
- Невозможно, так-так, - проговорил Сахаров, как будто впервые слышал это слово. - А вы, молодой человек, - он обращался к Кобальту, - что говорили про комара?
- Невозможно, чтобы комар был в Зоне.
- Невозможно... так-так. То есть выброс - возможно, а комар - невозможно. Снорк - возможно. Четыре дизарентированных снорка в одном месте - невозможно. Вы не поняли, молодые люди?
- Нет, - ответил за всех Гранит.
Понять Сахарова иногда было невозможно.
- Я говорю про то, что нет ничего невозможного. Есть вероятность наступления того или иного события. То, что мы привыкли называть невозможным, на самом деле - маловероятное. Если произошло одно маловероятное событие, то вероятность наступления второго сильно возрастает.
Профессор замолчал.
- И что из этого следует? - снова спросил за всех Гранит.
- То, что в лаборатории, действительно комар, - ответил Сахаров, смотря в потолок. - Или то, что невозможные события будут продолжаться вокруг каждого из нас. Мы каким-то образом увеличиваем шансы наступления маловероятных вещей. Это все не научно. Так размышления вслух.
Комара в лаборатории Сахаров так и не нашел.
Пока что для иллюстраций пользуюсь артами из сети по игре, но в планах заменить их рисунками по самому рассказу, так как часть действий происходит за пределами Зоны.
Поддержите "лайком" и подпиской. Дальше, больше и интереснее