75 лет назад, в июле 1945 года, началась Потсдамская конференция союзников, на которой должны были решиться вопросы послевоенного устройства мира. От прошедшей в феврале 1945 года Крымской конференции ее отличали два важных обстоятельства , и оба они были не в пользу Советского Союза. Во-первых, вместо умершего весной 1945 года Рузвельта, который относился к СССР достаточно дружелюбно, на конференцию приехал новый президент США Трумэн, настроенный к нашей стране весьма враждебно. А во-вторых, у союзников был для Сталина неприятный сюрприз – ядерная бомба. Опытный взрыв в пустыне Нью- Мексико был произведен 17 июля, как раз в день открытия конференции. «Младенцы благополучно родились» - таков был текст сообщения полученный Черчиллем и Трумэном, это значило, что испытание прошло успешно. Как пишет Черчилль в своих мемуарах «вот, что даст возможность быстро закончить вторую мировую войну, а пожалуй, и многое другое». Что подразумевалось под «многим другим» догадаться несложно. При наличии ядерной бомбы , союзники уже не особо нуждались в участии СССР в войне против Японии. И конечно же, они были готовы использовать ее для давления на Советский Союз при решении всех важных вопросов по устройству послевоенной Европы.
Перед Черчиллем и Трумэном возник сложный вопрос – как сообщить об этом Сталину. Письменно или устно ? Официально на конференции или в разговоре после заседания? Из воспоминаний Черчилля видно, что он и американский президент явно побаивались «дядюшку Джо», да и очень грозно и внушительно выглядела в 1945 году Советская Армия, чтобы в открытую злить ее Верховного Главнокомандующего. Договорились, что Трумэн в неофициальной беседе скажет Сталину о появлении у США нового типа бомбы огромной силы , способной заставить Японию выйти из войны. Ну, а насчет дальнейшего возможного применения этой бомбы, Cталин уже должен был понять сам.
И вот 24 июля, после окончания одного из заседаний конференции, Трумэн подошел к Сталину. Черчилль, стоявший в нескольких шагах от них, вспоминает об этом моменте :
« Важно было, какое впечатление это произведет на Сталина. Я сейчас представляю эту сцену себе настолько отчетливо, как будто это было только вчера. Казалось он был в восторге. Новая бомба! Исключительной силы ! И может быть, будет иметь решающее значение для всей войны с Японией ! Какая удача !»
Сталин не высказал ни малейшей тревоги, на его лице было веселое и благодушное выражение. Черчилль решил, что советский лидер не особенно понял, о чем ему сообщили и не имеет ни малейшего представления о ядерном оружии, и о том перевороте, который оно способно сделать в мировой политике. «В его тяжелых трудах и заботах атомной бомбе не было места».
Конечно, со стороны Сталина это был спектакль. В его «тяжелых трудах» атомная бомба занимала огромное место. Черчилль наверно бы проглотил свою любимую сигару, если бы узнал, что еще в 1941 году советская разведка получила сверхсекретный отчет британского «Комитета MAUD”, подтверждавший, что Великобритания начала работы над ядерным оружием. А в 1945 году, через 12 дней после сборки американской ядерной бомбы, описание ее конструкции было получено в Москве от советских агентов в лаборатории в Лос-Аламос. С февраля 1943 года стартовали практические работы по созданию советской ядерной бомбы, под руководством Курчатова. И , безусловно, Сталин понимал все значение этого оружия.
Почему он выбрал именно такую линию поведения ? Это мы можем только предполагать. Возможно, таким образом он пытался выбить этот козырь из рук англичан и американцев. Ну, действительно, как можно шантажировать своего союзника, который так искренне радуется успехам своих друзей ! Как бы то ни было, на конференции о ядерной бомбе более не упоминалось, все шло так будто ее и нет. И в принципе Сталин добился там всего, что хотел - в польском вопросе, в присоединении к СССР Кенигсберга и других территорий и т.д. То есть тактика видимо сработала, но большая атомная игра только начиналась…
Понравилась статья ? Ставьте лайк и подписывайтесь на канал !